Шутка

Смуглый красавец с глазами, загадочными и темными, как жаркая летняя ночь. Ее первая любовь. Неужели же он вернулся? И смог так поступить с Мариной? Нет, невозможно! Он был добрый, ее Тимка. А потом вдруг подумала: да, ее Тимка был добрый. Но люди меняются, когда попадают в другую среду. Разве она сама, выбросившись со своего счастливого острова на материк, не приспособилась к его суровым условиям? Разве не должен был он измениться, чтобы выжить в тюрьме? И кем он, интересно, стал?

Люда Тимку не боялась.

Он даже не знает, что его жена жива. Мертвым не мстят. Но про убийство Марины надо на всякий случай выяснить подробнее. Хотя бы у Лени спросить. Хорошо, что она решила взять к себе на работу этого мальчика. Давно уже ее сердцу не было так тепло. Оно просто пять долгих лет билось в груди, словно в ледяном замке.

3

В понедельник утром она стояла под душем и напевала веселую песенку. В конце концов, что в ее жизни такого уж плохого? Она еще молода, богата и привлекательна.

Здорова, что тоже немаловажно. А быть счастливой — это значит просто быть счастливой. Независимо ни от кого, а тем более от обстоятельств. На улице весна, март месяц. Будет и апрель, потом обязательно май. А потом лето. И она устроит себе отпуск. Впервые за пять лет.

Даже муж не мог сегодня вывести ее из равновесия. Ах, у него любовница? Он опять вчера напился? Быстрее сопьется — быстрее сдохнет.

А у нее с сегодняшнего дня будет работать Ленечка. Она его про себя уже так и называла, хотя в офисе решила обращаться официально и обязательно на «вы». И пусть Якушев лопнет от злости.

Якушев от злости не лопнул. Когда она почти насильно втолкнула Леню к нему в кабинет со словами: «Заходи, заходи, это наш генеральный директор», — муж отчего-то засуетился и покраснел, как вареный рак.

— Надеюсь, ты не против, что я взяла этого молодого человека на должность менеджера по работе с клиентами? — грозно спросила его Люда.

"

"— Да почему же я должен быть против? — Он как-то виновато втянул голову в плечи. Потом сел в свое начальственное кресло и заерзал в нем, словно пескарь на раскаленной сковородке. Потом вдруг вскочил: — Если ты занята, я сам могу показать молодому человеку наш офис.

— Ты? Показать? Что ж… Леня, подожди в приемной.