Шах и мат

Судя по всему, теперь я такая – переживаю, что какой-то рандомный чувак, с которым я даже не спала, потерял ко мне интерес, потому что у меня в голове каша, я ворочаюсь, когда сплю, а мое утреннее дыхание не ароматнее мусорки за рыбным рестораном.

Все это пока для меня неисследованная территория. Совершенно новая галактика. Я и так привыкла волноваться, что мама, Дарси, Сабрина и Истон думают обо мне. Еще один человек в этот список не влезет.

– Ты согласна, Гринлиф? – спрашивает Эмиль.

Дерьмо.

– Прости, с чем?

– С тем, что сказал Нолан.

Выражение лица Нолана непроницаемо.

– Он слишком поздно сделал рокировку, – повторяет он.

Я вновь окидываю доску взглядом.

– Ну, или ему не надо было делать рокировку в принципе, – произношу я, притворяясь, что ни капельки не взволнована.

– Кох такой нестабильный. – Эмиль потирает виски. – Как можно в одной партии совершать такие идиотские ошибки, а в другой – выдавать шедевры, как в партии против Гринлиф? У него как будто раздвоение личности.

– И какая личность будет играть в Италии? – спрашивает Тану.

Никто не отвечает. Нолан смотрит в пустоту, а я тем временем совершенно неприличным образом пялюсь на него.

Мы анализируем эндшпили Коха до позднего вечера. Когда Нолан и Эмиль наконец встают, чтобы приготовить ужин, солнце уже несколько часов как скрылось за горизонтом.

– Ты здесь до конца января? – спрашивает Тану низким голосом.

Парни в это время спорят, когда нужно бросать макароны в воду: до или после закипания. (Нолан: «Какая разница? Так быстрее».

– Такой был план. А ты нет?

– Только до начала семестра.

– Оу, – я думаю о том, что мы с Ноланом останемся совсем одни в этом доме. – Оу.

– Конечно, Дефне приедет и поможет, когда нас не будет, – продолжает Тану.

Я хмурюсь. Дефне одобрила мой статус секунданта Нолана, потому что считает, что это отличная практика, но…"

"– Я не знала, что они так близки.

– О, они еще как близки. Их обоих тренировал дедушка Нолана до того, как… ну, понимаешь.

О боже.

– Тану, мы с Ноланом… – Я трясу головой и придвигаюсь ближе, балансируя на краешке стула. – В смысле, возможно, мы близки с ним в каком-то смысле, но мы точно не вместе.

– О, отношения – странная штука, я в курсе, – Тану ободряюще улыбается.