Сердцебиение

Пытается скалиться, машет кулаками, пока не получает очередной удар и ствол, приставленный ко лбу. Когда он говорит, что Злата — его девушка, и они просто развлекались, мне срывает крышу. Если бы не заряженный пистолет, я бы отправил этого преподавателя на тот свет. Моему демону было мало крови. Он беснуется и хочет еще. Дальше ничего не помню — все яркими вспышками. Хватаю ее, тащу в машину. Срываюсь с места, видя перед собой только белые полосы трассы. Краем уха слышу ее разговор с подругой."

"Очнулся я только в квартире, когда предъявлял ей этот долбанный поход в клуб.

Как будто имею на это право. Кусаю ее губы, наказывая неизвестно за что. Меня трясет в какой-то агонии от ее солнечного летнего запаха и того, что мое тело ломает взять ее и долго трахать возле этой стены. Она просто малолетняя дура, которая не понимает, что еще минута, и я возьму ее возле стены как шлюху, не щадя. Дикое напряжение сковывает все тело. Я слышу оглушительный стук ее сердца и, кажется, оно барабанит у меня в ушах. Сейчас я не контролирую себя. Злата хватается за мои плечи, и я вздрагиваю от ее прикосновений. А она растирает в руках мою кровь и с ужасом спрашивает, что это. В этот момент моя рана и ее невинные глаза спасли девушку от неизбежного.

Я залетел в ванную, смывая с себя кровь холодной водой. И ни хрена не понимаю, что она здесь делает. Зачем я ее привез?! А она не дает мне опомниться, забегает в ванную и что-то кричит про больницу. Оглядываюсь, смеюсь ей в лицо, а сам вновь тону в синих омутах. Боже, ее глаза могут погубить весь мир.

Мне кажется, я уже в них утонул и захлебнулся, потому что как ни старался, не смог ее забыть. Босыми ножками ходит по кафельному полу, цепляется за мою руку, смотрит взволнованно на рану. Это просто царапина, а в ее глазах я вижу такое волнение, что смех в горле застревает.

Злата вдруг выбегает из ванной, и через минуту возвращается с аптечкой. Она прекрасно помнит, что и где у меня лежит, словно хозяйка в моем доме.

— Сними футболку, — просит она, закусывая розовые губки.

Делаю так, как она говорит, отшвыриваю тряпку на пол. Сажусь на край ванны и наблюдаю за ней. Мне не больно, я не чувствую раны, достаточно было смыть кровь, но мне нравится наблюдать за Златой. Она с такой заботой и аккуратностью обрабатывает мою руку, что мне вдруг действительно становится больно. Щемит где-то в районе груди, от того, что впервые за долгие годы кто-то заботится обо мне. Такая настоящая, красивая, живая. Она пахнет летом и счастьем.