Сердцебиение

Рабочий лифт, переходы по крыше в другие подъезды — идеальное место для выполнения задачи и возможность скрыться не замеченным. Прямая улица, выходящая точно на стоянку. Шикарная позиция.

Осталось самое неприятное для меня. На черный рынок. Ненавижу это место, но только там можно без лишних вопросов приобрести мою любимую девочку, легендарную снайперскую винтовку с красивым именем СВД.

Семь часов до прибытия объекта на место.

Расул осматривает меня с подозрением, долго думая над моим вопросом.

— Да не мент я, не ссы, — четко поговариваю, запуская руку в карман.

Я не герой, и знаю, что лишнее движение или неверное слово, и меня в лучшем случае пошлют к чертовой матери. А на худший случай у меня под курткой ТТ, снятый с предохранителя, который холодным металлом греет мне душу и придает уверенности.

Расул долго читает записку, переводит на меня черный взгляд и уже смотрит на меня с легким страхом в глазах.

— Ваха, приветствую тебя, дорогой, — произносит он с легкой дрожью в голосе. — Тут человек от тебя обратился… — обрывается на полуслове, нервно улыбается, сбрасывает звонок. Что-то говорит на своем и две его шестерки, которые скалились на меня как шакалы, исчезают в глубине коридора. Пять минут, и моя девочка у меня в руках. Она никогда мне не изменяла, я прошел с ней две горячие точки, и ее безотказность не раз спасала мою жизнь!

— Может быть, тебе нужна машина, — произносит Расул, указывая на серую шестерку, одиноко стоящую за окном его кабинета.

Два часа до приезда объекта.

"Оставив машину за два квартала от высотки, неспешным прогулочным шагом двигаюсь к выбранной позиции. Поднимаюсь на крышу. Осматриваю простреливаемое пространство со всех сторон. Стоянка как на ладони, четко освещаемая шестью большими фонарями со всех сторон. То, что надо!

Уличные фонари освещают дорогу до стоянки как взлетную полосу.

Занимаю позицию. Начался самый утомительный и не любимый мной момент ожидания.