Счастье для ведьмы

В любое другое время выбор одежды на вкус и цвет – по желанию. Принадлежность к клану можно подчеркнуть украшениями, ну там, в волосах, например, – порадовал муж, ведь черный – совсем не мой любимый цвет.

Наконец Дашед шепнул что-то Эрну на ухо, а затем приказал покинуть хагану всем, кроме личной прислуги. У меня от волнения скрутило живот. Зато вскоре я любовалась своим отражением, у которого от смущения горели щеки: не привыкла обнажаться перед мужем и прислугой. Мне сшили кимоно, черное, из шелковистой ткани, расшитой малиновыми цветами, похожими на пионы.

Собранное на талии широким поясом, оно даже не спускалось, а струилось почти до пола, оставляя ступни открытыми. Шалевидный воротник, скрепленный у ложбинки груди крупным черным камнем в серебристой оправе, мягко обнимал полуобнаженные плечи. Как пояснил Эрн, передавая «девушкам», целый сундучок с моими украшениями, – это защитный амулет.

Волосы тщательно расчесали и закрепили в свободный узел на макушке; такая прическа подчеркнула мою длинную белую шею, сразу ставшую еще более нежной и уязвимой.

А открытые ключицы добавили образу трогательности. Хороша!

Преображение продолжалось. Вместо маленьких золотых «гвоздиков», прибывших вместе со мной с Земли, меня попросили надеть длинные сережки в виде капелек на цепочках с черными мерцающими камнями. Тонкую нить с такими же капельками закрепили и на шее. Кисти украсили сразу несколькими браслетами, помимо того, что сделал из подаренных друзьями украшений Эрн.

На ноги я надела мягкие туфли без задников, похожие на мюли. Эрн предупредил, что на семейных встречах все гости босые. Сначала я мысленно хмыкнула: «Зашел на яхту – сними обувь». Оказалось, для усиления родственного духа. Босые ноги – как подтверждение открытости, добрых намерений и понимания, что среди родни нет врагов, все свои. Причем женщинам, в отличие от мужчин, позволено снимать «тапки» лишь в доме, у них «лапки» нежные.

Эта занятная традиция плюс роскошный дорогой наряд еще раз напомнили, что мне ко многому придется привыкать.

За моей спиной встал Эрн – великолепный платиновый блондин с серыми глазами, с выступающими клыками, прикусившими полную нижнюю губу. Одетый во все черное, но без цветов на ткани и с серебряными браслетами на руках. Любопытно, что серебро – это металл, а значит, для него оружие, но на встречу с семьей мы идем босые, с «открытой душой».