Само совершенство. Том 2

Она не слышала и не видела прикованных к ней взглядов. Она сделала шаг, другой… и побежала, стремясь как можно скорее оказаться в объятиях, которые уже раскрылись ей навстречу.

— Я люблю тебя, — прошептал Зак, прижимая к груди залитое слезами лицо Джулии.

В дальнем конце зала Тед обнял жену и притянул ее к себе.

— Ив кого это ты только уродилась такая чертовски сообразительная?

В сложившейся ситуации единственным человеком, сохранявшим способность рассуждать здраво, оказался Герман Хенкельман, которому его романтизм не мешал иногда становиться весьма практичным человеком.

— Репетиция окончена, ребята! — И нажал на выключатели, погрузив огромный зал в абсолютную темноту.

К тому времени как кому-то удалось вновь включить свет, Зака и Джулии уже не было в зале.

— Поскорее запрыгивайте. — Герман широким жестом распахнул дверцу такси. — Всегда мечтал уходить от погони, — добавил он, резким рывком трогаясь с места. — И куда теперь?

Но Джулия на некоторое время абсолютно утратила способность связно мыслить.

— К тебе домой? — спросил Зак.

— Если хотите хоть немного побыть наедине, — вмешался Герман, — то это не самое удачное место. После того, что произошло, туда будет трезвонить и ломиться в дверь весь Китон.

— А где-нибудь поблизости есть гостиница или мотель?

Джулия промолчала, но чувствовалось, что она испытывает некоторую неловкость. Герман был более прямолинеен:

— Вы приехали восстановить репутацию девушки или окончательно ее разрушить?

Зак не отрываясь смотрел на Джулию, испытывая только одно отчаянное желание — как можно скорее оказаться с ней наедине.

— Поедем ко мне домой, — наконец решила Джулия.

— Мы отключим телефон, а если понадобится, то и дверной звонок.

Минуту спустя Герман остановил машину у аккуратного одноэтажного дома, и Зак потянулся за бумажником.

— Сколько я должен вам на этот раз? — сухо поинтересовался он.

Герман развернулся и с видом оскорбленного достоинства протянул Заку полученную ранее стодолларовую купюру.

— Пять долларов, включая и поездку за вашим пилотом. Это специальный тариф, — добавил он с озорной мальчишеской улыбкой, — для человека, который не побоялся перед всем городом признаться в любви Джулии.

Странно тронутый, Зак протянул ему двадцать долларов.

— Я оставил в самолете еще одну дорожную сумку и дипломат. Не могли бы вы завезти их сюда, после того как отвезете пилота в мотель?

— Конечно.