Ромео с большой дороги

В один день Аля не выдержала и на мужа кинулась, ткнула в него ножом. А уж со свекровью случайно вышло, та сама упала.

– Она еще и мать мужа пришила?

– Та бандершей была, – продолжил рассказ Кулькин, – ей подпольный бордель принадлежал: сынок в охране, невестка – основное тело. Ловко?

– Да уж… – согласился Петр. – А мамочку она тоже ножичком пырнула?"

"– Нет. Бабка увидела невестку с окровавленным ножом и деру дала, да запнулась о порог, упала, шею сломала. Стопроцентно несчастный случай.

– Веселое кино.

– Суд учел обстоятельства.

– Ясно.

– Даже прокурор не настаивал на суровом наказании.

– Это странно? – спросил Петр.

Кулькин хмыкнул:

– Если человека в СИЗО козлом назвать или петухом, то здорово огрести можно. Но знаешь, какое там самое страшное оскорбление?

– Нет, откуда… Я с уголовниками не общаюсь.

– Крикнуть: «Ты прям прокурор». Вот тут убьют.

– За что?

Федор протяжно вздохнул.

– Ладно, не будем. Але дали ерундовый срок, она его отсидела и пришла у меня совета просить, как жить.

– А ты, значит, влюбился?

– Верно.

– И работу хочешь поменять?

Кулькин понизил голос:

– Ну да, иначе вроде как нельзя нам расписываться. Вернее, можно, только мне из уголовки уходить надо.

Петр засмеялся:

– К нам тебя тоже не возьмут, с женой-то убийцей!

– Я Але чистый паспорт сделал, – спокойно заявил Федор. – Все продумал, до мелочей. Дела ее в архиве нет, начнут проверять, ничего не найдут.

– Куда ж делось? – спросил Волков.

– Пропало.

– Ясненько!

– Документы в полном порядке, она мою фамилию возьмет, Кулькиной станет.

– Если обстряпал все ловко, оставайся в милиции.

– Нет, у нас такое не пройдет, – вздохнул Федор, – Алю в лицо кое-кто в отделении знает. Порекомендуй меня в инкассацию, а?

Примерно час Кулькин уговаривал Петра. В конце концов Волков сломался и сказал:

– Ладно, только действовать надо хитро. Если я тебе протекцию составлю, то не возьмут.

– Почему? – поразился Кулькин. – Думал, наоборот. Обычно, если лучший сотрудник кого приводит, то его знакомому зеленый свет.

– У нас все с ног на голову перевернуто, – начал просвещать приятеля Волков. – Дружба между инкассаторами не поощряется, начальство боится, вдруг они сговорятся и деньги украдут.

– Вот в чем дело! Значит, мимо хорошая служба…

– Погоди расстраиваться, – остановил Кулькина Волков. – Сказал же, помогу. Только нам придется делать вид, будто мы незнакомы. Ясно? Смотри, не кинься ко мне с протянутой рукой.

– Уж не дурак, – засмеялся Федор.