Ромео с большой дороги

– Лика, понимаете, совершенно не ориентируюсь в вашем мире и не очень пока улавливаю нить событий. Сделайте одолжение, выслушайте. Вчера у моей подруги пропала шуба…

После моего рассказа про исчезнувшую розовую шиншиллу Лика разинула рот.

– Ох и ни фига себе! Но, думаю, Ритка ни при чем. Она не дура, чтобы такую дорогую шмотку спереть.

– Говорят, спутница Болтова была пьяна, как, впрочем, и Таня, которая отдала манто.

– Вот это совсем невозможно, – твердо ответила Лика.

– Почему? На тусовке спиртное лилось рекой, а на закуске сэкономили.

Лика выключила компьютер.

– Ритка туда не пить поехала. Попробую объяснить…

– Вся внимание, – кивнула я.

Сведения, вываленные Ликой, совершенно не удивили. Иван Николаевич Болтов абсолютно равнодушен к моделям. Да оно и понятно: если у тебя перед глазами ежедневно маячат полуголые красотки, волей-неволей пресытишься зрелищем. Так гурмана, потребляющего фуа-гра, деликатесные сыры, икру и всякие там плавники голубой акулы, начинает тянуть на гречневую кашу с постным маслом.

"Болтова скрючивает при виде длинноногих, с размерами 90—60 – 90 девиц, и в последнее время у Ивана Николаевича случилась любовь со страшненькой девицей-скрипачкой, блеклым существом в очках, упоенно рассуждающим о Моцарте. Обожэ Болтова наотрез отказывается ходить по вечеринкам, музыкантше жаль терять время на тупую болтовню. Но владелец модных изданий просто обязан посещать приемы, это одна из составляющих его работы. Причем появляться в зале он должен не один, иначе сразу змеями поползут слухи о нетрадиционной ориентации издателя или, что намного хуже, о том, что его бизнес пошатнулся.

Болтов поступает просто – утром велит Лике:

– К шести вечера приготовь бабу.

Секретарша хватается за телефон и мигом находит начальнику эскорт-сопровождение. Одна беда: тот требует, чтобы дамы постоянно менялись, он не желает, чтобы его имя связывали с одной моделью.