Ромео с большой дороги

Пожилые люди обожают поговорить, только их редко слушают – родным некогда, а посторонние не намерены общаться с чужими бабками. У современного человека времени порой не хватает на своих родителей, где уж тут уделять внимание чужим старикам.

– Наш дом возводил архитектор Кроппе, – завела старушка, – и было это в одна тысяча девятьсот двадцать первом году. Я, естественно, Карла Вольфовича не помню, потому что появилась на свет позднее, но мамочка много рассказывала о тех временах. Была в них романтика! Здание задумывалось как модель новой жизни.

Ровный голосок бабули звучал успокаивающе, я перестала вслушиваться в ее речь, но продолжала машинально кивать, изредка восклицая:

– Да-да! Да.

Хорошо, что симпатичная старушка не предполагала, какие мысли бродят в голове ее слушательницы, иначе бы страшно обиделась. А я раздумывала вот над чем.

Легкая рука коснулась моего локтя.

– Значит, договорились? – спросила бабушка.

– Да, – на автопилоте согласилась я и тут же насторожилась: – О чем?

– А то артрит совсем замучил.

– Сочувствую.

– Достанете сумку? Она тяжелая!

– Откуда?

– Так из подъемника, – засмеялась старушка. – Нет, современная молодежь совершенно беспамятная. Ну ведь только пояснила: кошелка стоит в нем, надо поднять, а у меня суставы ломит.

– Конечно, – кивнула я, уразумев проблему, шагнула к узким дверкам и остановилась. – Погодите, вы же сказали, что лифт не работает.

Бабуся покачала головой:

– Экая вы, деточка! Речь шла о мусорнике. Неужели не сообразили?

– Нет, – ответила я, – простите.

– Ну ничего, – закивала собеседница, – не расстраивайтесь, сейчас много хороших лекарств придумали, и не такое лечат. Главное, вы согласились помочь. Пойдемте, покажу.

Открыв дверь в свою квартиру, старушка сделала приглашающий жест рукой:

– Сюда, пожалуйста."

"Я вошла в полутемную, достаточно просторную прихожую. Апартаменты болтливой бабушки были точь-в-точь как у Риты, однако передняя выглядела шире.