Ромео с большой дороги

 – Лариска, подруга моя, вечно надо мной издевается: «Ты настоящий Плюшкин, ничего не выбрасываешь». Но ведь любой клочок пригодиться может. Нашлась ваша Алевтина Кулькина!

– Да ну! – ахнула я.

– Точно, – радостно закивала Инна. – Только я в квартиру въехала, сюда позвонили. Вот, я тогда записала: из интерната имени Ивана Рябкова. Такая злобная баба со мной разговаривала!

Я превратилась в слух, стараясь не упустить ни одного слова…

Не успела Инна взять трубку, как из телефона залаяло:

– Совесть имеете или как?

– А в чем дело? – слегка испугалась Инна.

– За бабку когда заплатите?

– Простите, не понимаю, – удивилась Инна.

– Ну, народ! Как о деньгах речь заходит, у всех ум отшибает, – ругалась невидимая собеседница. – Долг повис! Сколько можно тянуть?

– Ей-богу, не соображу никак, о чем вы, – отбивалась Инна.

– Ты Кулькина Алиса?

– Нет.

– А кто?

– Инна Рихтер, – представилась девушка.

– Где Кулькина?

– Не знаю, я недавно въехала в эту квартиру.

– Вон оно что… – внезапно помягчела баба.

– Ничего, ничего, – воскликнула Инна, – понимаю, ошибка вышла!

– Вовсе нет, не ошибка! – снова рявкнула тетка. – Бросила она старуху, а сама квартирку сменяла, чтобы ее, стерву, не нашли.

Инна совершенно перестала понимать, что к чему.

– Просьба у меня, – вновь превратилась в мед ее невидимая собеседница. – Вдруг девка Кулькина к вам в гости придет или позвонит…

– Маловероятно, – живо перебила Инна.

– Трудно будет ей два слова сказать?

– Нет, конечно.

– Тогда выслушайте.

– Хорошо, – согласилась девушка, – говорите, записываю.

– Передайте этой мерзавке, что мы больше не можем ждать оплату, – опять заорала тетка, – и так целых две недели старуху задаром обслуживали. В общем, перевели ее в бесплатное отделение. Все. Ясно?

– Непременно сообщу вашу новость, если данная девушка по непонятной причине решит связаться со мной, – ответила Инна.

– Отлично! – повеселела собеседница. – Значит, со спокойной душой делаю в карте отметку: «Вследствие изменившегося материального положения переведена в социальное отделение.

– Я ей не родственница, – испугалась Инна, – никаких обязательств на себя брать не могу и не имею права санкционировать перевод в другое отделение.

– Ну, будьте здоровы! – донеслось из трубки…

– Я тогда жутко обозлилась, – вспоминала сейчас Инна.