Разворот на восток

 – Товарищ Мао не должен дожить до начала освободительного похода Красной Армии в Маньчжурию, Корею и Северный Китай. И эта смерть никак не должна быть связана с Советским Союзом, и, более того, вы, товарищ Сталин, пошлете китайским товарищам свое соболезнование, ибо смерть унесет из наших рядов настоящего коммуниста, верного борца за дело Ленина-Сталина. Ну а потом можно будет определиться с тем, кто займет место павшего бойца в руководящих рядах китайской компартии.

– Ах, даже так, товарищ Антонова… – хмыкнул Сталин.

– В отношении товарища Мао не может быть никаких тонких ходов, – покачала та головой. – Бешеного шакала, любой ценой стремящегося к монопольной личной власти, никаким путем не получится перевоспитать в ответственного политика, действующего исключительно в интересах своей страны и партии. Посмотрите на историю товарища Мао – и вы поймете, что стало бы с Советским Союзом, если бы наследником товарища Ленина стал гражданин Троцкий… Оба же одного поля ягоды: сын мелкого помещика и сын зерноторговца средней руки – оба решили на плечах революционного движения подняться на самый верх политической пирамиды, оба шли по трупам миллионов, только один оказался на свалке истории, а другого мудро решили забальзамировать в мавзолее, и не трогать ни при каких политических пертурбациях, ибо развенчание культа личности Мао нанесло бы по Китаю такой удар, от которого он никогда не смог бы оправиться.

"– Лаврентий, – сказал вождь, в задумчивости крутя в руках свою ставшую уже раритетом трубку, – займись этим вопросом. Подбери кого-нибудь, в ком никак нельзя заподозрить советского человека, и подведи его к Мао на дистанцию прямого удара.