Разворот на восток

Единственное, что могло бы спасти японцев – это массовое антивоенное движение в Америке, по образцу вьетнамского, но, атаковав Перл-Харбор, Япония нанесла американскому обществу такое оскорбление, что оно теперь требует от своего правительства только кровавой мести. Есть сведения, что хитрый план нового японского правительства заключается в том, чтобы, потерпев поражение от Советского Союза по формальным обстоятельствам, капитулировать перед нами как перед представителем силы неодолимой мощи, оставив американцев ни с чем.

– Насколько известно нашему ведомству, – сказал Берия, – прежде у Токио был в ходу план-максимум, состоявший в том, что, закончив разбираться с Гитлером, Советский Союз тут же перейдет к вражде с Соединенными Штатами Америки, ибо с такими друзьями нам и никаких врагов уже не надо. Но потом товарищ Антонова учинила идею Совладения, отложившую возможную американо-советскую конфронтацию на неопределенное будущее, после чего план-максимум сменил план-минимум, предусматривающий быструю капитуляцию перед СССР как наименее опасным и наиболее предсказуемым противником.

– Идея союза с самураями в их исходном, не прирученном виде, пахнет лишь чуть менее гадко, чем идея союза с Гитлером, – ответил Сталин. – Нет, наш народ такого союза бы не понял и не принял. Прежде чем дружить с японской нацией, на протяжении пятидесяти лет по своей инициативе развязавшей четыре кровопролитных войны и совершившей множество военных преступлений, ее необходимо как следует вздуть и объяснить, что так поступать нехорошо, потому что военное счастье переменчиво, а с побежденными надо поступать по-человечески.