Бесцветный Цкуру Тадзаки и годы его странствий

Минут через пять габаритная секретарша вернулась и повела его по коридору к двери Красного. Теперь она улыбалась гораздо приветливей, с легким почтением – и чуть ли не преданностью к тому, кого ее босс согласился принять без предварительной записи. Такого здесь, похоже, не случалось почти никогда.

Широко шагая, она вела его за собой, и грохот ее каблуков напоминал уверенную поступь кузнеца, спозаранку идущего в кузницу. Они миновали несколько стеклянных дверей, из-за которых не доносилось ни звука. После конторы Цкуру, где телефоны постоянно звонили, двери хлопали и распахивались, а сотрудники галдели на все лады, эта фирма казалась порожденьем иного мира.

Кабинет Красного, в масштабе всей фирмы в целом, оказался на удивление крошечным. Все тот же скандинавский дизайн: письменный стол, набор из мини-дивана и пары кресел, деревянный стеллаж. На столе – лампа из нержавейки с претензией на арт-объект и раскрытый «макбук». На шкафу – стереосистема «Bang & Olufsen», на стене рядом – абстрактная картина пугающе пестрой цветовой гаммы.

Все в строгом едином стиле, ничего лишнего. Интерьер дорогой, но, в отличие от шикарных салонов «Лексуса», в глаза не бросается, будто главная концепция этого кабинета – полная неизвестность того, кто и сколько потратил на его обустройство.

Поднявшись из-за стола, Красный шагнул Цкуру навстречу. Минувшие шестнадцать лет сильно изменили его. Все такой же коротышка – метр пятьдесят с чем-то, но уже заметно полысевший. Жидкие и раньше волосы вконец поредели, лоб стал еще выше, и контуры черепа считывались совсем отчетливо. Но, словно в отместку за потерю волос на затылке, нижние полголовы – от висков до подбородка – обрамляла густая черная борода. Узкие очки в золотой оправе неплохо сочетались с вытянутой физиономией.

– Прости, что явился так рано, – сразу же извинился Цкуру. – Боялся, другого времени ты на меня не найдешь…

– Да ты чего, братан? – воскликнул Красный и схватил его за руку.