Развод. Бракованная жена Дракона.

Теребил изнутри душу, требуя немедленно вернуть девушку.

Он и так едва сдерживал его, пока Майра находилась так близко.

Раньше не было такого безумия. Раньше, когда метка не давала о себе знать, Майра была для него лишь тихой незаметной женой. Слишком пугливой, вздрагивающей от каждого прикосновения. А он даже не потрудился ее приручить. Не потрудился узнать, какая она на самом деле.

- Генерал, совет собран. Ожидают только вас. - окликнул его страж.

Элрон последний раз кинул взгляд на удаляющийся экипаж. Завтра он увидит Майру.

Принц сидел на кресле с высокой спинкой. Золотистые волосы рассыпались по плечам. Глаза обманчиво мягко смотрели на стоявшего перед ним человека, но Элрон знал, какая ярость раздирает его душу.

- Лорд Райден, знали ли вы о деяниях своей дочери?

- Нет, мой принц.

Лорд Райден отвечал глухо, опустив голову.

- Как же так? Верховный инквизитор не ведает, что творится у него под носом? – губы принца застыли в усмешке.

- Я слишком мало обращал на нее внимания. Слишком много давал воли. Признаю, это моя вина.

Инквизитор сгорбился, принимая покаянную позу.

- Прошу, не наказывайте мою девочку слишком жестоко. Она с детства влюблена в вас, мой принц. Не понимала, что творит.

- Не понимала, что занимается запретной магией подделывая метку? – Принц удивленно вскинул вверх брови, - этого дочь инквизитора не могла не знать. А вы… лорд Райден… не могли не знать, чем занимается ваша дочь. И не при вашем ли содействии мою настоящую истинную отправили в монастырь?

Инквизитор вскинул голову.

Элрон сделал небольшой шаг вперед, чтобы была возможность быстро заслонить собой принца.

Они на чужой территории. И их слишком мало. Основной праздник должен пройти во дворце, а здесь охрану обеспечивал лорд Райден.

- Я заключаю вас под стражу, лорд Райден. Вас и вашу дочь. Думаю, с дознавателем вы будете более сговорчивы. Надеюсь, в вашем замке найдется достойная вашего титула комната в подземелье?

Последняя фраза из уст принца звучит как издевка.

- Будьте милосердны к Сесилии. Позвольте ей провести ночь в своих покоях, - почти смиренно произносит инквизитор.

- Я не настолько жесток, хотя ваша дочь заслуживает того, чтобы разделить вашу участь.