Проблема полковника Багирова

Если ты не убавишь свой норов, у тебя и твоего брата будут проблемы, Аврора, — невероятно злила его манера растягивать мое имя. — Я не смогу защитить тебя от Иссама, — с какой-то обреченностью в голосе. — О каждом твоем шаге ему будут тут же докладывать.

— Зачем ты меня сюда привез? — сложно говорить спокойно, когда внутри разрывает от эмоций. С трудом сдерживаю желание вцепиться ему в лицо.

Удивительно, но страха я не испытываю. Хотя должна бы. Тарик оказался настолько подлым, что неизвестно, чего от него стоит ожидать дальше.

— Так надо, — бросив раздраженно, он осмотрелся, подмечая, кто из охраны за нами наблюдает. Пояснять он ничего не собирался. — Не доставляй мне проблем, Аврора, — от тихой угрозы у меня мурашки побежали по коже. На что еще способен этот человек? Как можно было так долго притворяться, убедительно играть роль порядочного мужчины? Тяжелое испытание — разочароваться в том, кому доверял, кого уважал и ценил.

— А если доставлю? — я уже знала ответ, но хотелось еще раз убедиться в низости Тарика. Он не разочаровал.

— Шансы твоего брата на выздоровление сведутся к нулю, — спокойным тоном, от которого холодок прошелся по позвоночнику.

— Я буду вести себя хорошо, — передавая тоном всю ту ненависть, что он во мне пробудил.

— Позже я провожу тебя к брату, — развернувшись, он пошел в дом. Тарик не оглянулся, а я поняла, что нет смысла мне стоять во дворе под любопытными взглядами охраны.

Он проводил меня до комнаты, которая находилась на первом этаже. Спальня маленькая, особо не развернуться. Шкаф, стул, тумба и кровать — вся мебель, что здесь стояла. Больше поставить просто не позволяло пространство. Возможно, когда-то здесь жила прислуга, но теперь, насколько я помню, им построили отдельный дом. Я не рассчитывала, что буду здесь чувствовать себя как в гостях, поэтому даже не удивилась.

— Туалет и душ в конце коридора, — закрыв дверь, Тарик удалился. Он не был похож на влюбленного парня, который грезит остаться наедине с объектом своей страсти. Его нелогичное поведение на самом деле вызывало тревогу. Что он задумал? Как теперь нам отсюда выбраться? Пусть я и не сидела в комнате с решетками, но чувствовала себя в самой настоящей тюрьме, где являлась пленницей.