Проблема полковника Багирова

Тарику мое предложение не понравилось, он сразу нахмурился.

— Его я не приглашаю, — нервно дернулись лицевые мышцы. — Он мне не нравится, — не скрывая презрения. — Если хочешь поехать к брату, иди, собирайся, — махнул рукой, словно прогоняя служанку. Что-то пробурчав под нос, он набрал чей-то номер. Подслушивать смысла не было, он говорил на арабском.

Закрыв дверь в свою комнату, прислонилась к деревянному полотну, желая унять сердцебиение.

Как же я от всего устала.

Когда мы уже будем дома?

Когда это все закончится?

Взяв себя в руки, вытерла вспотевшие ладони о свое платье, прошла в комнату.

Можно ведь написать сообщение и оставить неотправленным на экране, а когда Север откроет, сможет прочитать.

Выглянув в окно, я убедилась, что он до сих пор стоит во дворе, общается по телефону. Быстро проскользнув в комнату Севера, сунула мобильный в карман его чистых брюк, предварительно отключив звук. Ему он нужнее. Возможно, на связь выйдут ребята из его группы.

Вернувшись в свою спальню, сначала выглянула в окно, чтобы убедиться, что Тарик все еще находится во дворе, а потом поспешила к нижним ящикам комода. Самый нижний ящик был забит какими-то папками с документами, я не рискнула отрывать оттуда даже кусок бумаги. Найдя какую-то тетрадь, почти полностью исписанную арабской вязью, оторвала с последней страницы небольшой клочок. Здесь же нашла ручку, которая отказывалась писать. Пришлось по несколько раз обводить буквы, чтобы они были хоть немного понятны, и хоть с трудом, но записку можно было прочесть.

«Тарик повез меня проведать брата. Иссама не будет несколько дней», — все, что смогла накарябать, но в любом случае сообщать что-то лишнее не стоит: неизвестно, кто после нашего отъезда может здесь появиться.

Записку я положила в холодильник на кастрюлю с обедом. Вряд ли кто-то станет обыскивать холодильник, но на всякий случай отодвинула кастрюлю к задней стенке, прикрыв ее немного бутылкой молока и йогурта.