Бог Гнева (ЛП)

— Хотя мне чертовски неприятна перспектива того, что все то дерьмо, которое у нее есть с ее будущим бывшим парнем, на самом деле реально и может быть неостановимым. — У тебя все еще может быть кто-то лучше, чем он.

Не иметь никого вообще было бы гораздо предпочтительнее, но я могу попытаться терпеть кого-то, кроме этого наглого инструмента.

Кого я обманываю? Я не буду. Но я могу убедить ее и ее мать, что смогу. При определенных обстоятельствах.

— Джереми делает меня лучшей версией себя. Он заботится о моем благополучии, следит, чтобы мой комфорт был превыше его, построил мне книжную полку в своем доме и заполнил ее моими мангами, и даже разрешает мне спать у него на коленях.

— Подожди. Вернись назад. Он разрешает тебе спать у него на коленях, то есть ты проводишь с ним ночи. В смысле, с ним?

Ее лицо окрашивается в насыщенный красный цвет, и в моей груди поднимается тошнота. Мысли о том, что моя маленькая девочка уже настолько выросла, что занимается подобными вещами, достаточно, чтобы у меня начался кризис среднего возраста.

Да, я думала об этом моменте бесчисленное количество раз с момента ее рождения, но реальность — это совсем другой зверь.

Вот и все. Я убью этого ублюдка.

Сесилия открывает рот, и я поднимаю руку.

— Не отвечай на этот вопрос.

Моя дочь обхватывает меня за талию и кладет подбородок мне на плечо, как будто зная, через какое именно потрясение я сейчас прохожу.

— Я знаю, что тебе трудно это принять, но для меня это будет много значить, если ты это сделаешь.

Несмотря ни на что, ты всегда будешь моим героем номер один. Никто никогда не займет твое место, папа.

Я стону, когда она хлопает на меня ресницами. Клянусь, она делает это специально, точно зная, что я скорее выпотрошу себя, чем причиню ей боль.

Поэтому, несмотря на свои планы убийства, я заставляю себя не смотреть на этого ублюдка слишком много. По крайней мере, не тогда, когда Ким и Сесилия смотрят.

К тому времени, когда мы садимся ужинать, я уже остыл.

Я откусываю от своего стейка и смотрю на него. Я убедился, что моя жена и дочь находятся справа от меня, а он один слева.

— Сколько тебе лет, Джереми?

— Двадцать четыре.

— А ты не слишком стар для университета?

— Он заканчивает магистратуру и получает степень доктора философии, папа.