Под британским флагом

Я объяснил корсиканцу, как надо бесшумно передвигаться вдоль борта фрегата, отталкиваясь руками, как забрасывать в пушечные порты подожженные, промасленные комки из тряпок и каболок.

Я прогуливаюсь по шканцам, стараясь не смотреть на фоветту и фрегат. На баке стоит боцман, готовый по моему приказу перерубить якорный канат. Если мой план провалится, удирать придется быстро. Благо дует ночной бриз от северо-северо-востока. Горы здесь повыше, поэтому ветер, скатываясь по склонам, разгоняется сильнее, метров до шести в секунду, то есть до трех баллов.

При таком ветре люггер идет со скоростью два-три узла. На фоветте пока тихо, что хороший признак. На фрегате тоже, что ни о чем не говорит.

Возвращается лодка, Пурфириу Лучани поднимается на люггер, докладывает:

— Всё сделал, как вы приказали, сэр!

— Тогда ждем, — говорю я. — Поднимайте лодку на борт.

Когда матросы закрепляют лодку на рострах, на фрегате начинается суета. Открытого огня я пока не вижу, но крики «Пожар!» и «Горим!» слышу.

— Посигналь на фоветту, — приказываю я лейтенанту Джеймсу Фаирфаксу, а потом кричу боцману на бак: — Вира якорь!

Выбирание якоря — процесс шумный. Если бы на люггере и фоветте начали это делать раньше, то на соседних судах могли бы поднять тревогу, привлечь внимание фрегата. Сейчас, когда на военном корабле пожар, нет ничего удивительного, что суда по соседству снимаются с якоря, чтобы отойти подальше. Пожар — это самая частая причина гибели деревянных судов и одна из основных — железных.

Если рванут пороховые погреба, мало не покажется всем судам на рейде. Горящие обломки разлетаются при взрыве на сотни метров. Судя по тому, что на фоветте заскрипел шпиль, мои абордажники захватили ее.

Вскоре люггер и фоветта под парусами при попутном бризе уходят на юго-запад. На фрегате все еще кричат и суетятся, но открытого огня я так и не увидел. Наверное, все-таки справились с поджогом. Беда делает людей на удивление дисциплинированными и работящими. Впрочем, на других служебных качествах отражается не всегда.

Уход с рейда двух кораблей на фрегате или не заметили, или не придали этому значения. Может быть, решили, что мы перестраховываемся на случай взрыва.

К рассвету мы были уже далеко от генуэзского рейда. С восходом солнца задул южный ветер силой баллов пять, поэтому пришлось нам подвернуть вправо, пойти ближе к французскому берегу, а я собирался поджаться к Корсике, где попал бы под защиту своих кораблей.