Правосудие Бешеного

Нугзар Джанашвили, представляя одну из наиболее преступных финансово-промышленных группировок, с восторгом наблюдал за тем, как развиваются события: в таком бедламе, который возник после решения Малютина покинуть свой пост, можно было спокойно ловить крупную рыбу.

Единственное, что его не устраивало, - в результате ухода Сергея Петровича силу набирали те, кто фактически являлись его конкурентами. Оказалось, что Нугзару тоже невыгоден уход Малютина со своего поста. Ему был нужен свой прирученный имеющимся на него компроматом следователь, а не абстрактный новый человек, подходы к которому еще только предстояло искать.

Нисколько не жалея о том, что, подкинув кассету Малютину, он собственноручно выпустил джинна из бутылки, Нугзар Джанашвили все-таки решил, что надо будет надавить на важных людей. Он поручил своему референту Виктору Мирскому - тот был виртуозом этого дела - дать взятки, кому нужно, и эти люди стали играть за Нугу: делать все, чтобы отговорить Малютина от его решения.

В конце концов давление, оказываемое на Сергея Петровича, принесло свои плоды.

Несмотря на то что ему теперь постоянно приходилось думать о кассете с компроматом на него, Малютин надеялся, что, оставаясь на своем посту, принесет стране больше пользы.

О своей личной судьбе он предпочитал не думать.

""Чему быть - того не миновать. Авось пронесет..."" - Сергей Петрович теперь часто повторял эти слова, на другое ему надеяться и не приходилось.

"Стремясь отвлечься от чувства стыда и ожидания предстоящего возможного всеобщего позора, Малютин с головой окунулся в работу. Дел было невпроворот: за ту неделю, что длилась история с его так и не случившейся отставкой, на его служебном столе накопилось столько документов, что у Сергея Петровича времени не только что на сон, но и на еду едва-едва хватало. Тщательно продумав план дальнейших действий, он снова ринулся в борьбу с коррупцией, и на этот раз его действия стали более решительными, он перестал оглядываться назад.

Конечно, Малютин понимал, что потревоженный им осиный рой не оставит его в покое, но ему в голову не могло прийти, что враги настолько беспощадны, что еще заставят его не один раз пожалеть о принятом решении, но сейчас он не хотел ни о чем задумываться: как ребенок, он радовался тому, что может наконец поступать так, как подсказывает ему совесть...