Почти семейный детектив

А нашли меня во сколько?

— Вызов в «Скорую» был зафиксирован в двадцать один сорок."

"— Вот видишь, значит, одна и без сознания я лежала минут пятнадцать. Вполне достаточно, чтобы сорвать с плеча сумочку. А судя по тому контингенту, который ошивается в том районе, для них имеющаяся при мне сумма — очень даже деньги.

— Хорошо. Примем за основу. Тогда получается, что тебя ударили потому, что ты видела или слышала что-то, представляющее опасность. Давай разберемся, что именно.

— За последние дни я видела два трупа.

 — Ганна с удобством расположилась на широком диване и подобрала под себя ноги. Давно уже она не чувствовала себя такой счастливой, даже побаливающая голова не мешала. — Поэтому то, из-за чего меня попытались устранить, связано с одним из них.

— Да уж, только ты можешь влезть в два убийства одновременно. — В голосе Галицкого опять появилась ирония, но, увидев вздернутые брови Ганны, он тут же поправился: — Все, молчу-молчу. Рассуждай дальше. У тебя хорошо получается.

— Итак, в Москве я приехала вместе с тобой в квартиру Вальки Ванюшкина.

Выяснилось, что я его хорошо знаю, поэтому, оказавшись здесь, я нашла его маму и встретилась с ней. С одной стороны, меня ударили по голове после визита к ней, а до этого я три дня перемещалась по городу и окрестностям вполне спокойно. С другой — именно вчера я нашла труп Алеси Петранцовой. И мне кажется, что удар по голове связан именно с ее убийством, а Валька тут ни при чем.

— Почему ты так думаешь? — удивился Галицкий. — Ты эту Алесю видела в первый и, как оказалось, в последний раз.

Кому ты могла помешать в связи с ее убийством? Или ты заметила там, в усадьбе, что-то еще?

— Да ничего я не заметила. Но я не сказала в местной милиции, что Алесю я уже видела до этого. И более того собиралась встретиться с ней и переговорить.

— Зачем? — Впервые в жизни Ганне удалось увидеть озадаченного Галицкого. — Боже мой, Мазалька, во что ты вляпалась?

— Да ни во что я не вляпывалась. Это твой Гарик меня вляпал. И вообще, я считаю, что он имеет к этой Алесе самое непосредственное отношение.

— Чего? Гарик? Да ты с ума сошла.

— Послушай меня, это важно, — призвала Ганна и поведала ставшему очень серьезным Галицкому историю с выскочившей из кабинета Гарика рыдающей Алесей, о странной просьбе наведаться в «Лiтару», разговоре с Дзеткевичем и Аксаной, а также советом последней переговорить с Алесей Петранцовой, ведущей юридические дела фирмы. — Понимаешь, эта Алеся что-то знала про «Лiтару» и про Гарика.