Шлейф сандала

Они видели во мне опасность из-за Давида. – Поэтому все ваши домыслы оставьте при себе. Они не имеют ничего общего с реальностью.

- Вы вообще понимаете, с кем разговариваете? – процедила сквозь зубы прабабка Давида. В ее взгляде сверкали молнии, и он стал змеиным, парализующим. – Елена Федоровна…

- Я прекрасно понимаю, с кем разговариваю, - не менее презрительно ответила я, не дав договорить ей. – Только объясните мне на конкретных примерах: чем вы лучше остальных людей? Почему я должна разговаривать с вами как-то иначе? Тем, что по воле судьбы вам посчастливилось родиться в благородной семье, а не в избе на соломенном тюфяке?

- Что? – старая Кэто опешила.

Ее глаза стали увеличиваться в размерах. – Я не ослышалась?

Стоящая рядом госпожа Хатуна побледнела. Мне даже показалось, что ее взгляд стал умоляющим. Она будто просила меня быть сдержаннее. Но я не собиралась более быть вежливой. Ради чего и кого? Ради Давида? О, нет… Вытирать о себя ноги я никому не позволю.

- Вы прекрасно слышали, что я сказала.

Если, конечно, из-за почтенного возраста у вас нет проблем со слухом, - в моем голосе зазвенел металл, но мне было плевать, что я перехожу все грани приличий. – Явились в мой дом с обвинениями, которые не имеют ничего общего с действительностью, и пытаетесь меня оскорбить. Разве это достойное поведение для представительницы княжеского рода?

- Вам ли говорить о достойном поведении? – прошипела старуха. Ее рука, сжимающая трость, затряслась от гнева.

- А в чем мое поведение недостойно? – я гордо вскинула подбородок. – Я ведь терплю ваше общество, хотя схожу с ума от желания вышвырнуть вас из своего дома. Вы грубая, высокомерная старуха, которая пренебрегает чувствами других людей.

Женщины замерли. В их глазах застыло изумление, граничащее с шоком.

- Вы… вы… да как вы смеете?! – первой в себя пришла госпожа Хатуна. Она хватала ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег.

- Смею. Или вы считаете, что ваше положение дает вам право унижать меня? – сейчас я выглядела еще более надменной, чем старуха Эристави.

– Вашу внучку нашла на улице моя подруга в тот момент, когда на нее напал какой-то проходимец. Она и привезла ее сюда, о чем я вам сразу же сообщила. Но нет же! Вместо того, чтобы узнать, что произошло, вы тут же обвинили меня. Посему нам больше не о чем разговаривать. Прочь из моего дома!

Я указала пальцем на дверь, не сводя с них неприязненного взгляда.