Платье цвета полуночи

А ещё нужно, чтобы оно легко стиралось, для начала-то, и, наверное, юбка должна быть с разрезами для метлы, и рукава, пышные у плеча и узкие от локтя до запястья — такой крой «баранья нога» называется, в этом сезоне по ним все с ума сходят, и манжеты на тугих пуговичках, чтобы плотно облегали и не мешались; и внутренние карманы, по возможности незаметные. Надеюсь, вам подойдёт, госпожа. Я здорово наловчился снимать мерки на глаз, правда!

Амбер нетерпеливо запрыгала на месте.

— Госпожа, а наденьте! А примерьте! Ну же, госпожа!

— Что? На глазах у всей толпы? — возразила Тиффани смущённо и вместе с тем заинтригованно.

Но отделаться от Амбер было не так-то просто.

— Так есть же ж шатёр матери и ребёнка, госпожа! Мужчины туда и носу не сунут, госпожа, не беспокойтесь! Побоятся, что им дадут подержать младенца, а он, чего доброго, срыгнёт!

Тиффани сдалась. Свёрток казался богатым на ощупь: мягкий, шелковистый, точно перчатка. Матери и младенцы наблюдали, как она переодевалась в платье, и звуки младенческой отрыжки перемежались завистливыми вздохами.

Амбер, пылая воодушевлением, протиснулась внутрь сквозь откидной клапан и задохнулась от восторга:

— Ой, госпожа, ой, госпожа, до чего ж вам идёт-то! Ой, госпожа! Вы бы сами себя видели, госпожа! Пожалуйста, выйдите покажитесь Вильяму, госпожа, он прямо лопнет от гордости! Ой, госпожа!

Отказать Амбер просто язык не поворачивался. Это же всё равно что, ну, щенка пнуть.

Без шляпы Тиффани чувствовала себя совсем по-другому.

— Жаль, тут нет моего хозяина, госпожа Болен, потому что вы — просто шедевр. Эх, если бы вы только могли себя видеть… госпожа?

На краткую долю мгновения, чтобы люди ничего не заподозрили, Тиффани вышла из тела и посмотрела со стороны, как она кружится в дивном наряде, чёрном, как набитая шестипенсовиками кошка, и подумала: «Я буду носить платье цвета полуночи — и у меня хорошо получится…»

Она поспешно вернулась в тело и застенчиво поблагодарила молодого портного:

— Платье просто восхитительное, Вильям, и я охотно слетаю показаться твоему хозяину.

Амбер снова запрыгала от нетерпения.

— Надо бы поторопиться, мы же хотим посмотреть перетягивание каната, госпожа, — Фигли против людей! То-то весело будет!

Действительно, где-то неподалёку раздавался оглушительный рёв: Фигли разогревались.