Палач из Галиции

Лиза надменно поджала губы и сказала:

– Ты молодец, Алеша, нашел-таки дорожку, по которой гуляют наши хлопцы. Я знала, что когда-нибудь так произойдет. Слишком уж неправдоподобной выглядела моя легенда, на честном слове держалась.

– Да уж. – Он усмехнулся. – У меня несколько иные представления о честном слове.

– Не будем спорить. Мне очень жаль, Алексей…

– Ты еще по головке его погладь, – заявил бандит, сидящий у стены.

Лиза поморщилась.

– Аким, заткни хайло! – Эта грубая фраза далась ей вполне естественно.

Разносторонняя девушка.

– Ты действительно живешь на Садовой? – спросил капитан.

– Живу. – Ухмылка перекосила славное личико. – Там и в самом деле обитают пожилые люди. Но я им не родственница. Их сын погиб в бою с партизанами Ковпака в сорок третьем году.

– Где я?

– Тебе это так важно? – Лиза помедлила. – Мы на краю Збровичей, здесь много частных домов. Ваши патрули сюда заходят редко. Мы у надежных людей.

– Не сомневаюсь. Почему меня не убили?

– Ты куда-то спешишь, Алексей? – Она удивленно приподняла брови.

– И имя его…

– Ты уже догадался. – Лиза прохладно улыбнулась. – Ты же очень хотел его увидеть?

– Я очень хотел его убить. Это две огромные разницы. Мы чего-то ждем?

– Да. Ты же знаешь, у нас серьезная конспирация. Люди, сидящие в этой комнате, не в курсе, где находится бункер нашего командира. Сейчас прибудут те, которые знают.

Он закрыл глаза. Пошли они все к черту! Или еще дальше. Есть вполне конкретные, всем известные адреса! У него остались силы, он еще способен что-то сотворить. Надо только чуть продышаться, настроиться."

"– Хреновые наши дела, – прокряхтел один из мужиков, сидящих справа. – Придется прикрывать лазейку, а она такая удобная была.

– Почему? – спросил второй.

– Тихо, хлопцы! – проговорил толстяк за спиной Алексея.

Заскрипел табурет. Дядька снялся с него и подвалил к окну, за которым властвовал мутный предрассветный час. Во дворе заворчала собака.

– Кажется, идут наши. Ага, точно.

Вихрь ворвался в голову Алексея. Он рывком подался вперед, уперся пятками в пол, вскочил вместе со стулом. Впрочем, его связанные ноги все равно оставались полусогнутыми.