Осман. Его маленькая слабость

На мгновение закрываю глаза, мечтая лишь об одном — чтобы это все поскорее закончилось, чтобы с ними ничего не случилось.

Когда открываю глаза, Каришка уже вовсю гулит и играет на детском коврике, рядом с которым сидит Рита Давыдовна и что-то вяжет.

— Проснулась, Полечка? — улыбается она ласково. — А мы тут уже столько дел успели сделать, но тебя решили не будить.

— Спасибо большое. — Сажусь на кровати, чувствуя себя удивительно отдохнувшей — вот, что значит, выспаться.

— Рита Давыдовна, а Осман…

— Уже вернулся.

— А где же он? — сама не замечаю, как подскакиваю с места.

— На заднем дворе, скорее всего плавает или тягает штангу. Он всегда так делает, когда хочет снять напряжение.

— Рита Давыдовна, могу я вас попросить…

— Конечно, присмотрю за малышкой. — пожилая женщина сразу понимает, что я имею в виду, и тут же добавляет, хитро подмигнув мне: — Беги к нему.

Посылаю ей благодарную улыбку и бегу. Реально бегу вниз, пропуская ступеньки, но стараясь ступать как можно тише, чтобы не разбудить остальных в такую рань.

Бегу, чувствуя, что не смогу прожить больше ни секунды, если не увижу того, кого безумно люблю.

Действительно, на заднем дворе дома построен небольшой спортивный комплекс, я захожу туда, пытаясь унять бешеное биение сердца.

Если Осман здесь, то значит, все разрешилось, не так ли?

Я так занята своими мыслями, что не замечаю, как с ходу врезаюсь в Османа. К моему облегчению, живому и невредимому Осману.

— Ой, прости… — краснею, заметив, что из одежды на нем только полотенце на бедрах.

— Ничего. Ты что тут делаешь? — вглядываюсь в его лицо и замечаю ссадину на скуле.

Ее ведь не было, когда он уходил вчера вечером.

— Осман, ты что дрался??

Автоматически тянусь к его щеке пальцами, но тут же одергиваю себя и уже хочу убрать руку, как вдруг Осман перехватывает мою ладонь и прижимает к своей колючей щеке.

— Как бы я хотел повернуть время вспять.

— Осман, не нужно… — отвожу взгляд в сторону.

Вся моя бравада испарилась в неизвестном направлении. Я чувствую себя косулей, загнанной в угол.

— Как Камила? Удалось ее найти и спасти?

— Только первое. — На скулах Османа играют желваки, и он отпускает мою ладонь, вновь напрягшись.

— Не понимаю…

— Мы нашли ее. Точнее, Дамир нашел, но… теперь я понятия не имею, как же спасти малышку Ками.

Сердце сжимается от того, каким безнадежным голосом он это произносит.