Она разрушила нашу семью

Хотя, конечно, Арсений и сам желал провести здесь хоть немного времени. Устроившись за столом, он принял из рук тёти Дуси чашку ароматного чая и, отпив глоток, дождался, пока мать Валеры устроится напротив. А затем начал разговор, причём с того, что волновало его больше остального:"

"– Тёть Дусь, как вы одна здесь справляетесь? Лида к вам часто приезжает? А Нику навещаете? – сыпал он вопросами, вглядываясь в лицо женщины. – Вроде как от Валерки нашего продолжение осталось в виде дочери, – закончил он неуклюже и почувствовал себя слоном в посудной лавке.

И тут же понял – он попал в цель. Лицо тёти Дуси мгновенно переменилось. Тонкие губы превратились в едва заметную линию, потому что она их поджала. А потом вздохнула и выдала:

– Не дочь ему Ника. У Валерки детей быть не могло, это я тебе как мать говорю. И Лида об этом прекрасно знала и знает.

Арсений застыл на месте и цепко всмотрелся в лицо матери Валеры. Нет, он не искал на нём признаков лжи. Как и не искал вероятности того, что отец Ники всё же не он, Курилов.

– Расскажите про то время, когда Валера только начал встречаться с Лидой, – севшим голосом попросил Арсений, надеясь, что выяснит нечто новое.

Или, напротив, просто подтвердит то, что знал и так. Ну, с «небольшими» поправками в виде бесплодия лучшего друга.

– А зачем тебе это? – спросила в ответ тётя Дуся. – Не подумай, утаивать чего-то не хочу… Да и нечего.

По спине морозом прошли жутковатые ощущения. Курилов предполагал, что у тёти Даши могли быть свои счёты к Лиде, но слышать определение «сумасшедшая» было как-то пугающе.

– Ника больна. Лида попросила меня о помощи, – расплывчато ответил Арс.

Тётя Дуся недовольно поджала губы и тут же припечатала:

– Пусть катится куда подальше со своими просьбами! Она этого ребёнка нагуляла ещё когда Валера жив был. Поди из-за того он жизнь самоубийством и покончил!

Немного успокоившись, чего нельзя было сказать про Курилова, тётя Даша продолжила:

– Жить они сразу у нас стали.