Он её ад

Видимо, ректор пришел проверить, как Коен справляется.

Но шаги быстро затихли в районе диванчиков для чтения. Значит, это был не ректор, а кто-то из учеников.

Я была взведена настолько, что если бы это оказался кто-то из моих и Коена мучителей — то стоило ему приблизиться ко мне, и я бы его избила шваброй. Поэтому я не стала затихать или скрывать свое присутствие, а продолжила вымывать бесконечную грязь.

Спустя полчаса, я решила сделать перерыв.

“Сначала отдохну, потом поменяю грязную воду и домою” — думала я, направляясь к диванчикам.

Когда я вышла из-за шкафов, то сердце на секунду остановилось.

На диване сидел мужчина лет сорока, в строгом костюме с белой рубашкой. На лице виднелись легкие морщины, но они совершенно не портили черты. Наоборот, предавали ему взрослой строгости, самодостаточного мужчины. Его черные волосы были коротко стрижены, и вообще, он производил впечатление крайне интеллигентного человека.

Мне стало стыдно. Пять минут назад я материлась, выгребая завалы пыли и побелки в секции, где недавно был ремонт, считая, что тут находится один из учеников… А это, похоже, учитель. Скорее всего, учитель литературы. Ему пришлось слушать всю эту грязь, вылетающую из моего рта.

Вообще, в последнее время я должна была сгореть в пламени стыда — слишком часто уж я его испытывала.

— Извините. — пробормотала я.

"Осмотревшись, я поняла, что все диваны заставлены коробками с книгами, которые мне предстояло разобрать. Свободным был только диван, на котором сидел учитель, но разве я могла взять и сесть? Похоже, мой отдых откладывался.

— Присаживайся. — внезапно произнес мужчина, поймав мой взгляд, и я покраснела. — Дежурство — это сложно. Надо делать перерывы. Ты меня не потеснишь.

— Спасибо. — еще тише пробормотала я, присаживаясь на самый краешек. Он точно учитель литературы — голос у него был четко поставленный, красивый.

Несмотря на то, что села я на самый край, диван все равно был слишком маленьким для двоих. Я практически касалась бедром учителя, и от этого мне захотелось все же продолжить уборку, чтобы не смущаться самой и не смущать его.

— Будешь кофе? — внезапно услышала я и передо мной возник бумажный стаканчик. Его держали пальцы с аккуратными ногтями. — Я взял себе, но что-то расхотелось.