Обет на крови

Разбиваться на отдельные группы! Связь со мной поддерживаешь только ты, и не забывай, дорогой, после каждого звонка стирать мой номер из памяти своей мобилы!

Гетман кивнул:

– Понял, босс!

– Ну, раз понял, иди! Будешь нужен, найду! После короткого отдыха группу держать в постоянной боевой готовности! И не дай бог, кто из твоих где-нибудь что-нибудь ляпнет не по теме, язык вырву тебе! Иди!

Молодой парень покинул кабинет холеного мужчины.

Хозяин кабинета, закурив сигарету, набрал номер на сотовом телефоне.

– Игорь Васильевич? Стародубов, добрый день!"

"– Здравствуйте, Валентин Савельевич!

– Что-то ты, уважаемый, давно ко мне в гости не наведывался? Или так работа в администрации затянула, что даже в выходной занят?

– Нет! В принципе я свободен!

– Не думаешь, что нам есть что обсудить?

– Не поверите, но я сам собирался просить о встрече, вы опередили!

Стародубов рассмеялся:

– Конечно, не поверю! Но ладно, давай приезжай! Я жду тебя с полной информацией по интересующей меня теме! Надеюсь, понял, какой теме?

– Понял!

– Вот и хорошо! По пути захвати с собой Карла Густавовича.

Игорь Васильевич буркнул:

– Да, скромник, а между прочим, к нему каждую ночь малолеток доставляют, которым он за ласки отваливает такие суммы, на которые давно «Роллс-ройс» приобрел бы!

– Бог ему судья, Игорь Васильевич! Пусть старичок тешится, ему и жить-то, может, осталось всего ничего!

– Конечно! Да Цейману всего шестьдесят!

– Тебе ли мне говорить, господин Василенко, что люди умирают не только от старости и болезней? Так что не будем об этом.

Стародубов выключил телефон, положив его на зеленую, местами потертую материю стола. Поднялся, прошел к стенке. Из бара достал пузатую черную с золотой этикеткой бутылку французского коньяка. Налил темно-коричневой жидкости до половины бокала, взял с тарелки дольку посыпанного сахаром лимона, хотел выпить, но голос, донесшийся от двери, остановил его руку на полпути.

– А ты свиненок, Валек! Бросил меня в холодной постели, а сам пьешь! Нет, чтобы даме в постель шампанского подать, все лишь для себя!

Стародубов обернулся к двери, продолжая держать в руках и бокал, и дольку лимона. Увидел девицу в накинутом на узкие плечи прозрачном пеньюаре, который совершенно не скрывал ее наготы.