Обет на крови

Майор тут же начал инструктировать заместителя:

– Дом левее с решетками на первом этаже видишь?

Капитан утвердительно кивнул головой:

– Так вот, Рустам, контролируешь его. Позицию для наблюдения определишь сам. Обо всем, что будет здесь происходить, доклад мне!

Шарипов спросил:

– Здесь что-то может произойти?

– Не знаю, но именно в этом доме основная база бандитов, совершающих погромы и убийства мирных людей.

– Следовательно, там могут находиться и те, кто уничтожил мою семью?

Майор взглянул на капитана.

"– Все может быть. Но никакой гарантии в этом нет! Так что предпринимать какие-либо действия против находящихся внутри дома отморозков запрещаю!

– Понял, Вадим. Работай спокойно, не волнуйся, я владею собой.

– Это хорошо. Тогда я поехал к Власенко. У нашего прапорщика опять интересные новости. Как оценю информацию Власа, подъеду сюда.

Капитан покинул салон «Нивы» и пошел в сторону полуразвалившихся бараков, мгновенно перевоплотясь в человека, собирающего то ли бутылки, то ли предметы, которые можно куда-нибудь сдать.

Власенко, прослушивающий и записывающий недавно состоявшийся крайне интересный разговор Карла Густавовича с неким Валентином Савельевичем, некоторое время слушал тишину. Вернее, эфирную тишину. В квартире 242 дома 38.

Неожиданно издал сигнал вызова сотовый телефон. Прапорщик взглянул на дисплей. Странно, номер, высветившийся на мини-экране, принадлежал Антонине Сергеевне, матери Надежды. А он запретил ей звонить. Значит, произошло что-то неординарное? Прапорщик ответил:

– Слушаю!

– Петя?

– Надежда? Что-то случилось?

– Да! Но сначала, как ты?

– Я в полном порядке, давай выкладывай, что произошло у тебя.

Женщина рассказала, что утром, выйдя из дома в магазин, встретила тех парней, что требовали у нее деньги за сдачу квартиры.

– Они сказали, Петь, что обстановка изменилась, и деньги им нужны немедленно, месяц ждать не могут.

– Дальше?

– Ну что дальше. Сказали, чтобы приготовила пять тысяч к вечеру 28-го числа.