Обет на крови

Сам, Жбан, контролируешь студентов, хату и двор, Аноху сюда, на хату!

– Понял.

– Тачка у ПМК?

– Да.

– Отлично. Отбой.

– Давай.

Отключив телефон и вложив его в чехол, Ангел потер руки."

"Так! С этим прошло гладко. Хорошо, что дело с самого начала начинает идти строго по плану. Так бы дальше, и по всем этапам. И сегодня ночью, и завтра с утра. Потом... но о том, что последует потом, думать рано! Надо работать!

Он посмотрел на время. Пока доедет до дома, Ксения должна решить вопрос с вечеринкой. Главное, чтобы этот этап не сорвался.

Ангел вышел из дома, сел в свой «бумер» и направился домой. Жена оказалась в квартире.

Эдуард задал всего один вопрос:

– Ну как?

– А чего ты так разнервничался?

– Я задал тебе вопрос!

– А понежнее спросить нельзя?

Ангелу пришлось пересилить себя и сменить тон:

– Извини, дорогая, просто я замотался. Так как наши дела с вечеринкой?

– Успокойся, все в порядке.

– Как это нечего? Полный гардероб!

Ксения капризно повела тонкой изнеженной рукой:

– Там старье! А я хочу новое! Когда еще с тобой в люди выйду?

– Но ты же получила деньги?

– Не скупись, Эдя! Это тебе не к лицу.

Ангел покачал головой, достал из кармана бумажник:

– Сколько тебе надо?

Супруга ответила, не задумываясь:

– Штуку!

Рудный взглянул на нее:

– Ты о других суммах вообще представление имеешь?

На что Ксения, улыбаясь, ответила:

– Конечно! Две штуки! Три, пять.

Ангел швырнул на стол пять сотенных купюр:

– Хватит и пятисот долларов. Шиковать позже будешь, когда получишь свой гонорар, а твой муж займет достойное положение в обществе. И ждать этого не так долго!

– Ну, раз так, ладно! Я в магазин! Ты дома?

– Дома! Пожрать есть что?

Уже из прихожей Ксения крикнула:

– Не знаю, лично у меня диета! Посмотри в холодильнике, может, и найдешь чего, что вчера не сожрали!

Дверь захлопнулась, Ангел выругался:

– Сука! В конец обнаглела! Но ничего! Сама же себя и подвела.

Он прошел на кухню. Открыл холодильник. Хорошо, что палка сервелата на верхней полке оказалась да тарелки с перемешанными салатами. Жене не хотелось мыть посуду, вот и засунула все в холодильник. Хозяйка, мать ее! Ольга другое дело. Была б первая супруга помоложе, да в постели такой же, как Ксения, можно было бы жить.