Новые райские кущи

 — У нас тут повальный, принудительно-добровольный… камин аут, можно сказать… Народ признается и кается во всех своих грехах, припоминая друг другу былые обиды и прегрешения… из-за того что бабушка… простите… немного оконфузилась, просто банально забыв, куда спрятала ценности… — В конце с трудом произнесенной фразы Соня уже буквально сгибалась от смеха."

"— А я… — признался угоравший Ладников, стирая выступившие от смеха на глазах слезы, — версию о том, что кто-то… просто забыл со-о-общить… что перепрятал ценности… ра-ассматривал, как… — он зашелся новым взрывом хохота, — как… самую бредо-о-овую…

Эльвира Аркадьевна, совершенно растерявшись от столь неожиданного поворота и разволновавшись новой волной, опять прижала пальцы к губам.

Смотрела на них несчастными, полными слез глазами, переводя недоуменный взгляд с заходящейся смехом внучки на вторящего ей Ярослава и обратно… Как вдруг, словно кашлянув, хохотнула первым непроизвольным смешком… затем вторым, третьим…

И, поддавшись общему безумию, рассмеялась открыто и свободно.

И буквально через пару мгновений они хохотали уже все втроем — громко, неудержимо, на грани истерики — хохотали, заливаясь смешливыми слезами, склоняясь от слабости пополам. Успокаиваясь ненадолго, вытирая слезы, распрямляясь, но, взглянув на соратников по веселью, заходились новым приступом гомерического хохота.

Так и просмеялись минут десять, не меньше, пока Эльвира Аркадьевна, первой справившаяся с приступом смеха, утирая крохотным батистовым платочком оставшиеся слезы и еще немного посмеиваясь, не спросила у Ладникова:

— И что с этим делать, Ярослав? — Она указала на внутренности так и стоящего распахнутым сейфа.

 — Перенесем в кабинетный сейф?

— Нет, — не согласился с ней Ладников и покрутил головой, справляясь следом за хозяйкой со смешливым приступом. — Оставьте пока здесь и тщательно заприте.

— Хорошо. Я, разумеется, все как следует запру, но что дальше? — спросила Эльвира Аркадьевна и вздохнула тягостно, вспомнив о плохих новостях и сразу же изменившись в лице.

 — Придется всем признаться, что у меня произошел провал в памяти, и извиниться за то, что подозревала их в таком ужасном преступлении.

— Ни в коем случае! — напористо отрезал Ладников.

— Но… — растерянно протянула Эльвира Аркадьевна, непонимающе глядя на него. — Как же… Надо же объяснить всем… Я вины с себя не снимаю.

— Тогда считайте, что я снимаю с вас всякую вину, Эльвира Аркадьевна! — заверил ее Ладников.