Неверный отец. Счастье в конверте (СИ)

Скоро опять на работу выйдет. Амин, ты как практикантка зеленая, ей-богу, — нервно посмеивается, похлопывая меня по плечу. — Неужели не знаешь, какая работа у медиков опасная? Сколько придурков встречается? Помнишь, при нас же был случай, когда один сумасшедший на акушерку напал и…

— Где он? — рявкаю ей в лицо, прекращая пустую болтовню. — Где Демин?

— Дома отдыхает, — невозмутимо пожимает плечами. — Не захотел в стационар ложиться, а из больницы его еле выперли, иначе дальше пошёл бы роды принимать.

— Домой, как ты и советовала, — бросаю, не оборачиваясь.

Накинув пальто и схватив сумку, вихрем вылетаю из здания роддома. На улице темно, а я несусь на каблуках так быстро, что рискую переломать ноги на неровных тротуарах.

Я веду себя опрометчиво и неосторожно. Сплетни могут дойти до Марата. А мне плевать.… Больше не боюсь.

Ловлю такси, называю адрес, который слышала лишь однажды, но высекла в памяти каленым железом.

Не замечаю, как оказываюсь у подъезда. Прикладываю ключ к домофону, тяну на себя тяжелую металлическую дверь, под ее писк на автопилоте поднимаюсь по лестнице.

Все жильцы отдыхают, пустые пролеты кажутся бесконечным, цокот набоек об пол эхом отдается в ушах. Сердце гулко бьется в груди, и, кажется, его стук разбудит всех соседей.

— Что я творю?

Мне надо увидеть Германа лично. Я всего лишь проверю его — и сразу же уйду.

"Останавливаюсь у квартиры, заношу кулак над дверью, но бесшумно опускаю на нее раскрытую ладонь. С указательного пальца свисает связка ключей, мини-глобус прокатывается по кисти. Взглянув на брелок, обессиленно упираюсь лбом в прохладную деревянную поверхность.

Постучать? Или войти так?

Вдруг он спит.…

Я не знаю, что скажу ему. Стараюсь не переживать о том, как он воспримет мое появление. Я просто хочу убедиться, что Герман жив. Я упустила, в какой момент он вдруг стал важен для меня, как близкий человек.

Не дыша, вставляю ключ в замочную скважину.

— Амина?

* (История Воскресенского — в книге ""Лапочки-дочки из прошлого. Исцели моё сердце"")

Глава 11

Яркий свет ослепляет на секунду, и я машинально прикрываю лицо рукой с зажатым в ней брелоком. На запястье мягко ложится теплая ладонь и отводит в сторону, в нос проникают знакомые запахи больницы, ненавязчивого, приятного одеколона и кофе.