Неудержимый. Книга XVII (СИ)

— Отец! — возмутился Павел, — Рано ты помирать собрался, что-то, артефакты с «регенерацией» давно работают!

— А я и не говорю про ранение, — Лис усмехнулся сыну, — Я говорю про Бандурина, который не успокоится, пока нас не перебьёт.

— Закрывай! Закрывай! — из коридора послышался голос Замойского.

— Слыхал? — Лис обратился к Резаку, — Они добрались до подвала, теперь мы здесь взаперти…

(Пещера, лагерь противника)

Скорость, с которой я влетел в соседний дот, меня очень сильно удивила, так же как и множество сломанных костей.

Резкая боль в буквальном смысле выворачивала меня наизнанку. Я очень быстро осознал, в каком положении оказался и что, если сейчас ничего не предприму, просто сдохну, поэтому начал активировать дары с «малым лечением», один за одним. Как раз вовремя, потому что уже пролетел дот насквозь и врезался во вторую стену, частично её обрушив себе на голову.

Я усмехнулся кровавым ртом с несколькими выбитыми от ударов о камни зубов.

Надо же, давненько я не получал по куполу так сильно. Кровь струилась по моему лицу. Чёрт, ещё и голову пробил. Что это вообще было? Вслед за малым лечением последовал дар «чаши Грааля», которая появилась у меня над головой и обрушила на неё светло-зелёный поток дымки, которая начала обволакивать всё моё тело.

Стало легче, но ненамного. Слишком уж много оказалось повреждений. Подобный дар помог вылечить мне все критические раны, способные в кратчайший срок, отправить меня на тот свет, пять даров с «малым лечением» я использовал сразу, остались только дары с «регенерацией», сколько там их у меня? Я закашлялся кровью.

Недостаточно, чтобы вылечиться быстро, а ведь бой ещё продолжается и враг где-то там…

Долго над тем, что же всё-таки это было, я не гадал. Ответ оказался, как обычно, на поверхности. Вернее, дар «отражения атаки» опять меня спас. Поражало другое, что это за чудовищное оружие? Выбить из меня все, пусть и слабые «защитные покровы», а затем и дух за один… Выстрел… Верно! Это же мать его снайперская винтовка! Как я сразу не догадался?

Не знаю почему, но на ум сразу пришёл некий снайпер, который засел, а не мог он нигде засесть, угол атаки говорил о том, что он стрелял откуда-то сверху…

* * *— Попал! Я попал! — Монтегю кричал от восторга, — Я попал ему прямо в грудь!

Довольный собой, он перезарядил снайперскую винтовку и поцеловал её.