Неправильная невеста. Сердце Стужи

 – Желаю тебе однажды встретить ту, ради которой ты захочешь отречься от всего. Я ею не стала.

Отведя взгляд, чтобы скрыть набежавшие на глаза слёзы, она медленно двинулась в сторону ворот в город. Селвин дёрнулся было за ней, но путь ему преградил Холгер. И за спиной императора сразу появились мэтры, готовые защищать своего нового правителя. Как непостоянна их верность!

– Я выполню условия клятвы, – словно вбивая в свои мысли эту установку, проговорил Селвин. – Мы освободим Эрфолк, вернёмся в Империю. Но не надейтесь на мир.

Синие глаза подёрнулись чёрной дымкой. Он порывисто развернулся, давая драгонам команду к отступлению. Мы тоже потянулись ко входу в замок.

– Всё закончилось, – с кристальной ясностью вдруг поняла я, взглянув на обугленный труп Эрвина.

– Мы победили, – Холгер крепко стиснул мою ладонь своей.

– Победили.

Эрфолк свободен. А мы отвоевали своё счастье.

«По крайней мере, на время», – подумала я про себя, встретившись с полным ненависти тёмным взглядом Селвина.

Смерть Эрвина породила нового правителя, возможно, более опасного, чем был он сам.

Эпилог

/Ярл/

Ворота родного замка открылись перед Стефаном. Вокруг разносились радостные возгласы его народа. Их встречали как героев. Почти пять месяцев назад он покидал дом втайне, сбегая от армии драгонов, стремился навстречу судьбе. И тогда он был другим: наивным, ведомым, нетерпеливым… юным. С тех пор изменилось всё: мир и сам Стефан. Он возвращался победителем, будущим ярлом.

Со дня финальной битвы у Стейнби минуло две недели. Селвин сдержал слово: исполнил клятву, данную Эрвином, и увёл драгонов с земель Эрфолка. Наступила пора мира. Хрупкого, но такого долгожданного. Как только восстановились после сложного боя, они двинулись в путь. Стейнби и северная провинция были освобождены, но они должны были убедиться и в том, что южная часть страны тоже свободна, навести в ней порядок, если потребуется, и поставить окончательную точку в этой войне.

"– Волнуешься? – Эрика щурилась от яркого света солнца.

Тот бой потребовал от неё много сил. Она ещё не оправилась, выглядела бледнее обычного и будто похудела.

– Я не могу пошевелиться, – признался Стефан.

Мать с пелёнок вбивала в его голову, что ему предстоит занять место отца, стать ярлом южной провинции и конунгом всего Эрфолка.