Неопознанный ходячий объект

Собака вывела нас на высокий берег реки и отчаянно залаяла.

– Так и есть, – пробормотал сильно запыхавшийся Василий Иванович. – В воду сбросили… Завтра вызовем водолазов и найдем. Говорите, злоумышленников двое было?

– Утверждать не берусь, – ответила я раньше, чем Женька принялась фантазировать. – Мы здорово испугались. Мелькнуло что-то вроде теней, а потом шаги… – Тут в голову мне пришла одна мысль: если предположить, что преступников двое и явились они из пансионата (а с того места, где мы стояли, до него подать рукой), на ум приходит только одна пара: писатель с женой.

– Идемте-ка в пансионат, – заявил Василий Иванович, как видно, имея свои мысли насчет преступников.

Через пятнадцать минут мы уже входили в холл, сонная дежурная сообщила, что все давно спят, но на нас данное утверждение впечатления не произвело.

– Василий Иванович, – зашептала я ему на ухо, – вы всех в холле соберите, а я пройдусь по комнатам, если кто-то из них сейчас выходил, обувь должна быть мокрой…

– Молодец, Анфиса, – кивнул он. Женька перестала дрожать и с видимым облегчением устроилась в кресле.

Через несколько минут в холл спустился Валера, затем Владислав Петрович, сонно щурясь, последней появилась Лидия Артуровна, выглядела она очень недовольной.

– Что за шум? – спросила она капризно.

– Произошло ЧП, – заявил участковый. – Я хотел бы знать, кто из вас покидал дом в течение последнего часа.

– Шутите? – поднял брови Валера. – Кому придет охота гулять в эту пору? – Тут взгляд его остановился на нас с Женькой, надо сказать, выглядели мы занятно, как, впрочем, и Василий Иванович. Джинсы мокрые до самых коленей, на них налипла какая-то трава, собачник и просто грязь. – Да что случилось-то? – испуганно спросил Валера.

– До прибытия милиции вынужден умолчать.

Позвонить я не могла, так как из-за местоположения дома связи не было и приходилось подниматься на гору, о чем я Василию Ивановичу рассказывала, вряд ли он это забыл, значит, имел в виду другое.

– Хорошо, – кивнула я, направляясь к лестнице. Писатель проводил меня настороженным взглядом, его жена откровенно враждебным.