Порочный Принц

— Забудь о нем, начиная прямо сейчас, черт возьми.

— Или что?

— Или я заставлю тебя пожалеть об этом.

Что-то вспыхивает в ее чертах, вызов, своего рода «игра», прежде чем она выпячивает грудь.

— Нет.

— Ох, Тил. — я ласкаю ее кожу, мой голос спокоен, а прикосновения нежны, хотя внутри меня все горит. — Ты облажалась.

Глава 16

Тил

В прошлом, ходя по коридорам КЭШ и видя, шепчущиеся друг с другом или целующиеся в углах пары, я проходила мимо них.

Я приняла решение находиться рядом с Эльзой как можно меньше, когда она с Эйденом.

Нет такой вещи, как родственные души. Все это химическая реакция, выброс дофамина, кайф, и, как любой кайф, он в конце концов исчезнет.

Когда я сказала Эльзе и Ким именно эти слова, они посмеялись надо мной.

Крах этого плана и моих мыслей в целом это момент, подобный этому.

Ронан обнимает меня за талию, когда мы идем по коридору, и неважно, как сильно я его толкаю, он не сдвинется с места.

Во всяком случае, он плотнее прижимается ко мне, словно мы родились привязанными к бедру. Даже мы с Ноксом не так близко.

Его близость брешь в моем плане. То, как я продолжаю вдыхать его пряный аромат и нежиться в его тепле, опасно близко к состоянию зависимости.

И не только, но с тех пор, как он загнал меня в угол у моего дома, он ведет себя так, как будто ничего не случилось.

Он все еще улыбается девочкам — и парням — и всем, кто встречается на нашем пути, включая учителей и школьный персонал.

Несмотря на его прозвище — Смерть — его здесь любят. Вычеркните это — его не только любят, ему также поклоняются, и, как у любого бога, у него есть религия и алтарь для жертвоприношений.

Упомянутые фанатики, в основном женское население, продолжают бросать на меня злобные взгляды, тем больше Ронан притягивает меня к себе, выставляя напоказ всему миру, или, скорее, школе.

Мне не нравится внимание, и не потому, что я предпочитаю оставаться в тени, как Эльза, а потому, что внимание это глупо.