Порочный Принц

— Если бы у Маркизы де Сада и Белоснежки было потомство, это была бы она, — говорит Эйден.

— Что еще? — я прощупываю почву.

— Почему ты спрашиваешь нас о своей невесте? — Коул толкает меня локтем в бок.

Я ухмыляюсь.

— Я пытаюсь узнать ее получше и выяснить, какие цветы ей нравятся.

— Она предпочитает темный шоколад. — Эйден выглядит серьезным. — Эльза все время покупает его ей.

— Дай мне больше. Я хочу поухаживать за ней. — я шевелю бровями.

— Мог бы одурачить меня, — ухмыляется Коул.

— Ты что-то знаешь, не так ли? — я прищуриваюсь, глядя на него.

— Я мог бы.

— Скажи мне.

— Зачем мне говорить?

— Затем, что мы друзья.

— Я тоже мог бы подружиться с Тил.

— Я был первым.

— Теперь ты начинаешь говорить как прилипчивый бывший. — Эйден указывает на меня своей бутылкой.

Я игнорирую его и поворачиваюсь к Коулу, говоря драматическим тоном.

— Помнишь все дерьмо, которое я для тебя сделал?

— Например, что?

— Например, устраивал вечеринки, чтобы ты мог трахаться, и никто не слышал криков.

Он приподнимает бровь.

— Что? Думал, я их не слышал? — я ухмыляюсь.

— Я же говорил тебе, капитан, — ухмыляется Эйден.

— И ты тоже, Кинг. — я сжимаю его плечо. — Возможно, у меня есть несколько кадров.

— Нет, у тебя их нет. — Эйден усмехается. — Если бы у тебя они были, ты бы сейчас использовал это для своего дела.

Черт. Мне действительно следовало сохранить кое-какие кадры. Конечно, Ларс и его коварный ум сделали бы это возможным. Быть может, у него даже есть запись об этом в его маленькой черной книжечке.

— Кроме того... — Коул наклоняет голову. — Почему мы должны делать эту работу за тебя? Что в этом веселого?

В такие времена, как сейчас, я хотел бы, чтобы Ксандер был здесь. Его игривость уравновешивает их дурацкое поведение, но ему пришлось все испортить алкоголем и исчезнуть на некоторое время.

Подождите, это из-за того, что я окружен этими двумя ублюдками, у меня начинают появляться скрытые, необычные мысли?

Это всего лишь отговорки, и ты это знаешь.

— Кто тебе сказал, что я не сделал домашнее задание? — я улыбаюсь.

— И все же ты все еще не можешь найти ответа.

Эйден тоже наклоняет голову, так что теперь две пары глаз оценивают меня.

— Конечно, я могу.

Ложь.

Я наблюдал за Тил целую неделю. Она либо в режиме «отвали», либо в режиме «мне все равно». Она не улыбается, не занимается никакими клубными делами.