Наваждение Монгола

– Помогите…

Опять вырывается у меня сдавленное рыдание и незнакомец опускает на меня свои раскосые глаза, парализуя тигриным взглядом. Вблизи мне удается разглядеть желтоватую  радужку, странный цвет. Ближе даже к янтарю.

– Помо…

Прищуривается и я замолкаю. Одним взглядом принуждает замолчать.

Кого и о чем я просила, на данный момент вопрос. Я мечтала спастись. Сбежать с собственной свадьбы и избавиться от худшей участи для себя, но как там говорят? Бойтесь своих желаний. Они исполняются. Мое исполнилось самым отвратным способом.

Так и сейчас. Я просила о помощи, молилась, мечтала повернуть время вспять, чтобы никогда не повстречать Айдарова на своем пути, мечтала скрыться.

И вот получите и распишитесь. Мечта исполнена. Да так, что мне, кажется, легче удавиться. Зреет вопрос. Куда бежать и от кого прятаться теперь?!  Ирония – наше все.

– Зачем я вам?!

Истерика выходит из-под контроля, и я кричу так, что у самой уши повторно глохнут.

Несмотря на то, что меня просто швырнули на кожаное сиденье, я быстро поднимаюсь, как загнанный в угол зверек, который пытается выбраться из ловушки. Подрываюсь и рвусь обратно, пытаюсь выбраться из машины.

Оживаю просто. На адреналине начинаю упираться ладонями, царапаться, еще больше запутываюсь в собственном подоле несуразного платья, которое становится для меня коконом, сплетаясь вокруг, и лишает возможности нормально шевелиться.

Проклятое платье!

Да и без него что бы я могла против горы мышц.

Мужчина безмолвно проталкивает меня дальше на сиденье, и я скольжу, почти упираясь головой в ручку противоположной двери.

Кажется, я его просто достала своим мельтешением, а не причинила реальный ущерб. И по краю сознания мысль четкая и осознанная. Если бы он позволил себе грубость, я бы могла сломать шею.

Тот, кто нависает надо мной огромной черной махиной, похож на обезумевшего зверя, не приемлющего сопротивления.

То, как щурит глаза и обнажает белоснежные крупные зубы, напоминает оскал хищника, настоящего зверя, пришедшего по мою душу…

Полный раздрай. Шок. Страх. Паника.

Меня сковывает леденящим душу ужасом, когда фиксирую край татуировки на виске восточного мужчины.