Перри Мейсон: Дело заикающегося епископа. Дело об удачливых ножках

Доехав до ближайшего отделения «Вестерн Юнион», он подошел к стойке – капли скатывались с дождевика на пол, – и написал радиограмму:

«ЕПИСКОПУ УИЛЬЯМУ МЭЛЛОРИ НА БОРТ ПАРОХОДА МОНТЕРЕЙ СЛЕДУЮЩЕГО В СИДНЕЙ АВСТРАЛИЯ ЧЕРЕЗ ГОНОЛУЛУ: ВАЖНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ СИТУАЦИИ ТРЕБУЮТ ЧТОБЫ ВЫ ОПОЗНАЛИ ЖЕНЩИНУ ИМЕНУЮЩУЮ СЕБЯ ДЖУЛИЯ БРАННЕР КОТОРАЯ ПРИШЛА В МОЙ ОФИС ВСКОРЕ ПОСЛЕ ОТПЛЫТИЯ ВАШЕГО ПАРОХОДА».

Мейсон подписал текст, оплатил доставку, зашел в телефонную будку и, плотно закрыв за собой дверь, набрал номер, который дала ему Джулия Браннер.

– Это Джулия Браннер? – спросил Мейсон.

– Нет. Это ее подруга Стелла Кенвуд. А вы – мистер Мейсон, адвокат?

– Да.

– Минуточку, мистер Мейсон. Сейчас она возьмет трубку.

После пресных интонаций Стеллы Кенвуд глубокий грудной голос Джулии Браннер, казалось, вырвался из проводов и заполнил телефонную будку, и в ней, возможно, под влиянием тепла тела Мейсона и испаряющейся с плаща и шляпы воды, вдруг стало душно и жарко.

– Что вы выяснили? – спросила она. – Скорее рассказывайте!"

"– Порадовать мне вас нечем, – ответил Мейсон. – Браунли настроен решительно. Он собирается подписать завещание, в котором прямо укажет, что основная часть его состояния переходит к девушке, которая ныне проживает в его доме, как его внучка. И эта собственность переходит к ней прямо сейчас, а Браунли оставляет за собой только ежегодное обеспечение.

– Он это уже сделал? – спросила Джулия Браннер.

– Нет. Намерен поставить свою подпись утром.

Мейсон услышал, как она шумно втянула воздух.

– Можем мы что-нибудь сделать до утра?

– Если только нам не удастся доказать, что он недееспособен. Мы не можем воспрепятствовать ему распоряжаться своей собственностью, как он пожелает. Но у нас есть средство противодействия, о котором он не подумал. Утром я вам все объясню.

Последовала короткая пауза, когда было слышно только гудение в проводах.

– Так вы думаете, что сможете что-то сделать, мистер Мейсон?

– Мы поговорим об этом утром, – ответил адвокат.

– Звучит не слишком обнадеживающе. Я думаю, его взяла, если только…

– Если только? – переспросил Мейсон, поскольку Джулия Браннер замолчала.

– Если только я не сделаю нечто такое, что собиралась сделать лишь в самом крайнем случае.

– А теперь послушайте меня. Не лезьте в это дело и сидите тихо. Я поговорю с вами утром. Вам не удастся принудить Браунли к чему-либо. Он умный, упрямый и безжалостный. – Ответа не последовало.