Народы моря

Кто-то что-то громко сказал — и все дружно заржали, а задние еще и обернулись и показали интересные жесты кому-то, кто, по их мнению, находился на склонах, которые миновали. Радовались, как дети. Прямо жалко было их убивать, но что делать?! Они как раз оказались в зоне нашего поражения.

Моя первая стрела досталась переднему, на этот раз коротышке с длинными обезьяньими руками. Попала немного ниже черной бороды, длинной и всклокоченной, из-за чего ее хозяин напоминал подземного гнома в увольнении. В момент попадания он дернулся всем грузным телом и почему-то начал оборачиваться.

Может быть, хотел похвастаться таким важным приобретением. Следующую стрелу я пустил наугад в толпу. Кого-то она нашла. Впрочем, мог перепутать свою с чужой, потому что полетело их много и с обоих склонов. Уцелевшие тут же закрылись щитами, без команды образовав «черепаху», и медленно пошли дальше по дороге. В критических ситуациях даже нетренированные люди порой моментально принимают единственно верное групповое решение. Если бы их обстреливали только лучники-ахейцы, это решение спасло бы. Только вот для моего лука на дистанции менее ста метров кожаный щит с каркасом из прутьев не был непреодолимым препятствием. Каждая моя стрела продырявливала щит и убивала или ранила того, кто за ним прятался. Этот воин выпадал из общей защиты, открывая соседей, по которым тут же стреляли мои лучники. Так им и надо было идти, теряя какое-то количество бойцов, но началась паника, «черепаха» рассыпалась. Теперь каждый спасал только себя, надеясь на быстроту ног. И самые быстрые спаслись, добежав до поворота и скрывшись за ним. Остальные или полегли на дороге убитыми и ранеными или, десятка два, спрятались в канавках и за большими камнями.

— Сдавайтесь — и сохраню вам жизнь! — громко крикнул я. — Бросайте оружие и щиты и выходите на середину дороги с поднятыми вверх руками!"

"Пауза длилась минуты три. Я уже собирался повторить предложение, когда из-за камня поднялся юноша с голым лицом, одетый в кожаную тунику длиной до колена, без головного убора, а светло-русые волосы были заплетены в две косы, из-за чего напоминал подружку байкера.

Подняв вверх обе руки, выпрямленные, словно висел на турнике, юноша вышел на середину дороги и остановился, зажмурив глаза. Видимо, предполагал, что сейчас убьют. Подождав немного, открыл глаза и посмотрел на меня, вышедшего из укрытия. В этот момент его примеру последовали и остальные. Всего сдалось восемнадцать человек.

— Можете опустить руки, — разрешил я.