Нарисованные шрамы

За мной открывается дверь, и входит Варя с бутылочкой тайленола. Она садится на диван и измеряет Нине температуру.

— Иди, готовься. — Она машет рукой. — Гости придут меньше, чем через час. Я останусь с ней.

* * *

Тануш и Душку прибывают вовремя. Я провожаю их в столовую и приглашаю занять четыре места по левую сторону от меня. Тануш занимает ближайший ко мне стул, а его молодая жена, которая, вероятно, ровесница его дочери, тихо садится рядом с ним. Мне жаль бедную девушку. Даже под всей ее косметикой и тоннами украшений я чувствую, как она напугана.

Жена Душку — совсем другая порода. Она выше и крупнее своего мужа и, по слухам, ведет все его финансовые дела.

Максим и Дмитрий стоят справа от меня, оставляя стул сбоку пустым. Они знают, что оно предназначено для Нины, и, хотя она не присоединится к нам, никто не осмеливается занять ее место. У моего дяди-идиота, который прибыл последним, похоже, не осталось ни капли здравого смысла, потому что он направляется прямо к месту Нины.

К счастью для него, он поднимает голову как раз перед тем, как дотянуться до стула. Увидев выражение моего лица, он быстро отступает назад и занимает место рядом с Дмитрием.

Я киваю Валентине и Ольге, которые подходят к столу и начинают разливать напитки. Мы часто устраивали такие ужины, так что они знают, что к чему.

—Петров, а где твоя молодая жена? — спрашивает Тануш, потягивая свой второй виски.

— Моя жена тебя не касается.

— Очень жаль. Я так хотел с ней познакомиться.

Увидеть своими глазами девушку, которая сумела схватить большого преступника Романа Петрова. — Он улыбается. — То, что я слышал, хм... Интересно, существует ли она вообще?

Я смотрю на этого ублюдка и думаю, не выпотрошить ли его на месте.

— Ужин готов, — говорит Максим, вполне возможно, спасая жизнь придурку. — Давайте есть, пока мясо не остыло.

Ольга бросается вперед, ставит большие тарелки на середину стола, а Валентина бегает вокруг, наполняя напитки. Рядом с бутылкой вина лежит нож для стейка.

Я беру его и перекладываю поближе к своей тарелке. Максим оправдывается и выходит из-за стола, но я не обращаю внимания куда он направляется, мой взгляд сосредоточен на Тануш. У меня такое чувство, что мы все-таки снова будем менять ковры.

Спустя двадцать минут таблетки подействовали, и я возвращаюсь прихожу в норму. Голова все еще немного болит, горло саднит, но это намного лучше, чем сегодня днем.

— Я чувствую себя лучше.