Нарисованные шрамы

Однако с Романом невозможно разговаривать, когда он что-то вбивает себе в голову.

Мы приезжаем позже, чем в наш прошлый визит, поэтому клуб уже переполнен. Чтобы пройти через первый зал, приходится серьезно поднапрячься, даже с Иваном во главе. После того как мы уселись, официант приносит нам напитки. Я опираюсь на Романа и поворачиваюсь, чтобы что-то сказать ему, когда замечаю высокого светловолосого мужчину на другом конце зала. Он стоит спиной ко мне и болтает с несколькими парнями. Я чувствую руку Романа на своей талии, и он спрашивает меня о чем-то.

Я не слышу слов, мое внимание сосредоточено на блондине. Чем больше я смотрю на него, тем глубже становится мое дыхание. Кто-то зовет его. Он поворачивается, и кажется, что его движения замедленны. Затем, наконец, его лицо становится видимым. Он поднимает глаза, наши взгляды сталкиваются, и я перестаю дышать.

Я чувствую, как Нина напряглась рядом со мной. Всего несколько секунд, а затем рука, которую она положила мне на бедро, начинает дрожать.

— Malysh? Что случилось?

Она не реагирует. Как будто даже не слышала меня. Она просто смотрит на толпу. Я прослеживаю за ее взглядом, пытаясь понять, что могло ее напугать, но не вижу ничего необычного. Люди пьют и разговаривают, и ничто не выделяется, кроме мужчины у выхода, который смотрит в нашу сторону. Я не люблю, когда другие мужчины смотрят на мою жену, но это обычное явление. Нина обладает экзотической красотой, которая привлекает внимание. Однако то, как этот мужчина смотрит на нее, выходит за рамки обычного интереса — это смесь узнавания и злобы.

Он примерно моего роста, поэтому в сочетании с тем, как Нина с ужасом смотрит на него, все части головоломки встают на свои места. Изо всех сил стараясь сдержать свой гнев, я беру Нину за подбородок и поворачиваю ее голову лицом ко мне.

— Это тот человек, который причинил тебе боль, milaya?

Она смотрит мне в глаза, не мигая, ее губы сжаты в жесткую линию.

— Это он. Он заплатит, malysh.

Он дорого заплатит. Я позабочусь об этом, — шепчу я и поворачиваюсь, чтобы взять свои костыли.

Нина хватает меня за руку.

— Нет. Ты обещал, что никого не убьешь из-за меня.

Я никогда такого не обещал, но ее голос такой тихий и расстроенный, что я не хочу расстраивать ее еще больше. Я разберусь с этим ублюдком позже.

— Иван! — рявкаю я и жду, пока он подойдет. — Видишь этого ублюдка? Вон там, под знаком выхода. Блондин, бородатый, высокий.