Надувная женщина для Казановы

И тут случилось невероятное: Иржи, испытывавший к брату нежность и жалость, вдруг стал поправляться.

– Интересное дело, – бормотал онколог, разглядывая результаты очередных анализов. – Значит, говоришь, у тебя появился братик-инвалид?

– Боренька, – кивнул Иржи, – он такой беспомощный, но ласковый, я его на руках ношу. Мне теперь никак умереть нельзя.

– А раньше, значит, было можно? – удивился врач.

– Прежде я один рос, – пояснил Иржи, – конечно, маме с папой без меня бы плохо пришлось, но я бы за них у престола господнего молился.

– Позови маму, а сам подожди в коридоре, – велел эскулап.

Когда Ирина вошла в кабинет, доктор прочитал ей лекцию.

– Рак – плохо изученная вещь, – объяснял он насторожившейся матери, – с одной стороны, мы знаем про него почти все, с другой – ничего. Но есть одно интересное наблюдение. Женщины, имеющие дома детей, иногда сами излечиваются, и врачи здесь ни при чем.

Беда в том, что человека никто не может заставить уцепиться за жизнь, он сам должен найти то, что удержит его в этом мире. Некоторые люди вслух говорят: «Ах, на кого я покину детей!», думают: «Вот умру, они попляшут, вспомнят маму, обольются слезами, да поздно будет».

И что происходит дальше? Ладно, не будем об этом. Иржи же, полюбив Борю, понял: без него брат пропадет и… выздоровел.

Ужасное горе, болезнь младшего сына, обернулось счастьем для старшего.

Потом умер Карел, сразу стало хуже с деньгами. Но Ирина не унывала. Она продала большую квартиру, купила маленькую, там же, в Праге, взяла надомную работу, и жизнь наладилась. Иржи закончил институт, стал ученым, издал несколько книг, в семье опять появились деньги. Вондрачковы купили просторные хоромы.