Надувная женщина для Казановы

А нашим чего, у нас денег совсем не платят, ну и приехали сюда камень бить, мостовую ложить. А вы чего хотите?

Я улыбнулся:

– Ты, наверное, мороженое любишь?

Девочка похлопала ресницами, потом захихикала:

– Во, вы меня небось за пятиклассницу приняли. Мороженое, оно, конечно, неплохо, но после работы устаешь как собака, лучше коньяку шарахнуть.

Я разинул рот.

– Мне девятнадцать лет, – уточнила девчонка, – и ваще, давай знакомиться, Мадлен.

– Какое красивое имя, – решил я подольститься к собеседнице.

– Вообще-то, в паспорте Мария стоит, только Мадлен шикарней звучит и хозяину нравится, – призналась девица.

Я еще раз окинул взглядом красное, щедро украшенное блестками платье и сапоги-ботфорты и поинтересовался:

– Вы, Мадлен, работаете проституткой?

Она хмыкнула:

– Не, стриптиз пляшу в клубе «Голубой зайчик». Попадаются иногда клиенты, но в основном зарабатываю танцами, я артистка.

– Очень приятно, разрешите представиться – Иван Павлович Подушкин, ответственный секретарь общества «Милосердие».

Мадлен улыбнулась:

– Ты симпатичный и внешне ничего, пошли.

Я шагнул было в сторону гибрида капуччино с пельменной, но девушка схватила меня за руку.

– Не, к нашим не надо, там чистая рыгаловка, пошли к кнедликам.

Услыхав второй раз непонятное слово, я не утерпел и задал вопрос:

– Кто такие кнедлики?

– Чехи, – засмеялась Мадлен, – кнедлики – ихняя еда национальная, они ее так расписывают, ну прямо вкуснее не бывает.

Уверенным шагом Мадлен ринулась по улице вверх, я поспешил за ней.

Когда хозяйка выбранного моей спутницей заведения принесла кофе, коньяк и пирожные, Мадлен деловито сказала:

– Мой час стоит сто долларов, плати и пользуйся.

– Но я хотел лишь поговорить.

– И че? Время-то займешь.

Я признал ее правоту и кивнул.

– Хорошо.