Надувная женщина для Казановы

Глава 18

Провизорша, естественно, оказалась русской.

– Сильно голова болит? – заботливо спросила она.

Я пожал плечами:

– Как у всех.

– Могу порекомендовать нооанин[10], – предложила девушка. – Капсулы мгновенного действия, новое поколение анальгетиков. Сама пила и от души вам советую.

– Давайте, – обрадовался я.

Получив разноцветную коробочку, Николетта повертела ее в руках.

– Никогда не видела такое лекарство.

– И я, – подхватила Кока.

– Сейчас столько нового, – кивнула Эстер, – надо сначала вкладыш прочитать.

– Ваня! – велела маменька. – Начинай!

– Вслух, – добавила Кока, – а мы пока кофе пить станем.

Интересно, почему дамам не приходит в голову, что сопровождающий их мужчина тоже хочет эспрессо? Отчего надо сразу заставить его работать?

Я вытащил из упаковки листок, текст был на нескольких языках, в том числе и на русском.

– Нооанин состоит из стеарата магния, гидроксипропилметилцеллюлозы…

– Господи, – восхитилась Эстер, – как вы умудрились без запинки прочитать это слово?

– Сам не понимаю, ладно, дальше.

– Ваня, – прервала меня Николетта, – читай сразу там, где побочные действия.

– Они что, железные? – внезапно ожила Кока.

– Кто? – удивился я.

– Капсулы.

– Вовсе нет, желатиновые, наверное. Но почему вам в голову пришел такой вопрос? – выразил я недоумение.

– Сам только что прочитал: титан, – заявила Кока, – у меня зуб один стоит на титановом штырьке. Первый раз слышу, чтобы от головной боли рекомендовали металл глотать!

– Дальше, Вава, – поторопила меня маменька, – мы в химии плохо разбираемся.

– Хорошо, я сам не слишком сведущ в сей науке. Слушайте, побочные действия: боли в животе, тошнота, рвота, сухость во рту, гастрит, диарея…

– Это что? – ошеломленно спросила маменька.

– Понос, – ответила Кока.

– Диспепсия, – продолжил было я.

– А это? – вздрогнула Николетта.

– Понос, – сообщила Кока.

– И то и другое понос? – недоумевала маменька.

– Именно, – подтвердила ее подруга.

– Почему же по-разному называется? – не успокаивалась Николетта.

– Ну, – скривилась Кока, – очевидно, диарея – слабый понос, а диспепсия – просто караул, без памперса на улицу не высунешься. Ваня, едем дальше.

Я послушно забубнил:

– Нарушение функции печени, метеоризм…

– При чем тут метеориты, – обозлилась Николетта, – бумагу писали идиоты.

Кока хихикнула:

– Метеоризм – это… ну… в общем, станешь безостановочно портить воздух, да так, что скунс отдыхает.