Моль

Не спорь. Иди сюда… - позвал мужчина, похлопывая по дивану рядом с собой. – Как насчет «Касабланки»?

- Ты серьезно? – Света скептически вздернула бровь.

- Правда-правда.

- Ну ладно, - нерешительно протянула женщина. – Тебе точно нравится?

- Нравится. Ложись.

Глава 21

Света послушно устроилась на груди Василия. Начался фильм, который они смотрели в полнейшей тишине. Только размеренное дыхание, и стук сердца. Ей было так хорошо. Вот так лежать, и ни о чем не думать, смотреть любимое кино, и наслаждаться легкими ненавязчивыми касаниями пальцев, которыми Васька поглаживал голубые вены на сгибе ее локтя.

Она даже задремала под эти размеренные ласки, и проснулась только, когда он ее поцеловал. Замерла. Мужские пальцы скользнули по руке, притянули к губам ладонь. Света не дышала, покоренная его нежностью. Губы скользнули по запястью и обхватили указательный палец, посасывая. Женщина шумно втянула воздух. Зачем он это делает, если сам не получает удовольствие?

- Зачем, Вась?

- Хочу.

- Правда? Ты же не…

- Забудь обо всем.

Просто получай удовольствие.

- Вася… А сам-то ты… уверен, что хочешь этого? Или это очередная незатейливая благодарность от Алана?

Он замолкает. Паузы в их разговорах становятся такими привычными…

- Нет. Это то, чего хочется именно мне. Так я могу продолжить? Ты подаришь мне немного ласки?

Господи… Что угодно, Вася. Все, что угодно… Какой же он глупый, если не понимает таких очевидных вещей. Она заболела им. Васька, как вирус, проник в ее ДНК, навсегда ее изменив.

Вот так просто. И так необратимо. Есть ли лекарство? Да и нужно ли оно? Светлана как будто очнулась, как будто вот только ожила… Рядом с ним. Пробудилось все: чувства, эмоции, женственность… С ним все стало по-другому.

- Подарю. – Робкий шепот в шею. И эта робость, тоже вновь. Как и возможность быть слабой. Потому что с ним можно. Потому что он сможет понять.

Рука Василия опускается вниз, приподнимает подол ее домашнего платья-майки, скользит по гладким ногам. Губы исследуют шею и раковину уха.

Задевают ключицы. Света не может больше оставаться недвижимой. Касается его скул, целует губы. Языки переплетаются, поцелуй становится глубоким и влажным. Руки женщины опускаются на спину, скользят вниз, обхватывают крепкие, тренированные ягодицы. Василий снимает свою футболку, опускает вниз бретельки ее платья. Розовые соски яркие и напряженные. Света очень и очень чувствительная. Ему нравится то, что он видит - яркие вершинки на фоне бледной прозрачной кожи.