Моль

Света поймала его черный взгляд. Застыла на несколько секунд, а потом неловко отступила и натянула на себя скомканное платье.

- Ты уверен, что в состоянии готовить?

Василий пожал плечами:

- Я сегодня себя неплохо чувствую. Надоело валяться.

- Ладно… Тогда я, наверное, пока уберусь.

Этот день был очень странным. Василий готовил, Света протирала пыль и мыла полы. Спина ныла. Но она не могла усидеть на месте. Слишком много всего происходило. Слишком быстро.

- Све-е-ет! Иди есть.

Моль кинула тряпку в ведро, вымыла руки, вернулась в гостиную.

Стол был накрыт по всем правилам. Как она любит. Он и это запомнил?

- Спасибо. Пахнет очень вкусно, – честно заметила женщина.

- Я очень хорошо готовлю. Это меня успокаивает.

- Правда? – поинтересовалась Светлана, отправляя первую ложку в рот. – Ммммм!

- Вкусно? – улыбнулся Василий, отпивая свой невкусный бульон.

- Невероятно просто. Это очень несправедливо, что я кормлю тебя гадостью, в то время, когда сама ем такую вкуснотищу.

- Ну, что поделать, если мне нельзя ничего другого.

- А что еще тебя успокаивает? – внезапно поинтересовалась женщина.

Василий ненадолго задумался.

- Твой голос. Твои руки. Мысль о скорой мести.

- У тебя были мысли о суициде? - Да, она отдавала себе отчет в том, что наглеет, но удержаться от вопроса не могла.

- Были. – Неожиданно легкий ответ на не самый простой вопрос.

- А попытки?

- Попытки суицида? Нет. Я всегда знал, что не смогу покончить с собой, не покончив с обидчиками.

- Со всеми? Ну… То есть, я хотела спросить, ты всех своих партнеров по неволе причисляешь к обидчикам?

- Нет, только тех, кто меня ломал.

- Спасибо, – прошептала Светлана, вставая из-за стола.

- За что?

- За то, что сегодня ты не был Аланом.

- Он обидел тебя вчера?

- Нет… Вчера меня обидел ты, Василий. Ты же сознательно сделал то, что сделал. Вина полностью лежит на тебе.

- Ты всегда говоришь то, что думаешь, да? – вдруг поинтересовался мужчина.

- Не понимаю, зачем тратить энергию на лукавство.

- Это потому, что ты не бывала в ситуациях, когда нужно все время держать язык за зубами.

- Да, ты прав. Прости.

- Тебе не за что извиняться. Пойдем.

- Куда? – удивись Моль.

- Ляжешь. Я тебя разотру. Думаешь, не вижу, как ты зажимаешься все время?

Ну, как бы да. Она не думала, что это бросается в глаза. Спина отчаянно ныла. Но она больше никогда не позволит ему прикоснуться к себе.

- Нет, Василий. Все нормально. Спасибо.

- Нет. Не нормально.