Моя любимая рыжая ведьма

К Сальвовски пойдем и задвинем тему об ущемлении ведьминских прав. Да мало ли, как можно веревку эту добыть.

Качнув головой, я уткнулась носом в подушку. Я терпеть не могла ощущать себя слабой. И самое обидное, я реально не могла никак исправить ситуацию. Все предложения Рояны, конечно, здравые, но как-то слабо верилось в то, что мы сможем тут, на глазах шестидесяти парней боевиков, что-то украсть. К тому же Сальвовски, если мы плач устроим, нас отругает за несообразительность. Когда, мол, ведьма что просила — ведьма берет от жизни все сама.

— Ну, нет уж, фигу я дам тебе тут валяться. А ну подъем, Малика, собирай свои сопли в кучу и пошли строить эту природу. Меня еще мокрые рейтузы к плинтусу не прибивали. Вставай, пессимистка, и натягивай улыбку на лицо. Да и вообще, что свет клином на этой веревке сошелся. Да пусть ведун этот на ней удавится.

Рояна ревела медведем, а я вдумалась в ее слова. Что-то в них было. С подругой я согласилась по двум пунктам: это свет клином на веревке не сошелся и пусть Жеан удавится, связав петлю из этой бечевки и моих панталончиков.

— Палка, — сев произнесла я. — Вместо веревки мы можем положить тонкую длинную палку. Но нам нужна ветка как рогатина, понимаешь, раздвоенная на конце, а вернее две такие ветки.

Рояна захлопнула рот и внимательно на меня уставилась. По глазам видела, как выстраивается в ее мозгу схема будущей сушилки. Многие принимали эту девушку за непроходимую дуру, мол, слабая магичка с одной извилиной.

Ухмыльнувшись, Рояна кивнула.

— Что-то типа турника?! — высказала она общую идею

— Ага, — согласилась я с ней.

Глянув друг на друга, мы счастливо рассмеялись.

— Ну, а теперь пойдем завтракать, — предложила Рояна, — интересно же, что там для нас мужчины наготовили. Это прямо откровение дня — мужчины умеющие готовить.

Поднявшись, я накинула на плечи изрядно помятый плотный шерстяной некогда белый, а теперь пожелтевший плащ. Я все пыталась скопить денег на новый, но не выходило.