Леди второго сорта

— Темного дня, теры, — поздоровалась я, посмотрев на Давенпорта.

Отвечать на его вопрос не стала, да и какой смысл? Я не собиралась отчитываться в таких мелочах. И вообще, опекун Беллы когда-нибудь работает? Такое ощущение, что он все время торчит в особняке.

— Рада вас видеть.

Я заставила себя улыбнуться Давенпорту, а потом перевела взгляд на Лукаса.

— Леди Бернстоф, — коротко поклонился тот, и в его взгляде мне почудилось тщательно скрываемое нетерпение. А еще я снова ощутила идущую от оборотня волну неприязни.

— Лорд Хольм.

Я ненадолго зависла, разглядывая волевое лицо, но тут же постаралась взять себя в руки. Подумаешь, харизма. Что я, никогда таких красавчиков не встречала?

«Таких — точно не встречала», — вздохнул внутренний голос, но я быстренько его заглушила и повернулась к опекуну.

— Значит, Тернгоф все-таки приехал? — спросил тот.

— Да. Насколько я поняла, тетя завещала ему флигель и часть земли, и он собирается здесь жить. Кстати, вы его знаете?

— Ни разу не видел.

— А как же завещание?

— Она составила его за несколько дней до своей смерти, так что я узнал обо всем уже от поверенного. Тернгоф показывал тебе бумаги?

— Да. Письмо и завещание.

— Странно, что он ждал целых два месяца, — задумчиво произнес Давенпорт, и посмотрел поверх моей головы на Хольма. — И тем более странно, что все-таки приехал.

Ага. Значит, не у меня одной приезд Мони вызывает подозрения.

— Тернгоф сказал, что устроился в Брегольскую академию картографом, поэтому решил переехать из Таркса.

— Кто бы сомневался, — усмехнулся Лукас, и отвел взгляд, правда, я успела заметить мелькнувшее в нем презрение.

Эй, да что происходит? С чего этот оборотень так зол на Беллу? Что они не поделили?

— Правильно сделала, — внушительно произнес Давенпорт. — У тебя нет ни старшей родственницы, ни компаньонки, и жить в одном доме с посторонним мужчиной в твоем положении просто недопустимо.

"Лукас снова еле слышно хмыкнул, но Давенпорт не обратил на это ни малейшего внимания. Он уставился на меня взглядом, в котором явственно читалась озабоченность, и едва заметно нахмурился. Видимо, Рэндальфу пришлось не по душе появление неизвестного родственника. И мне почему-то показалось, что он был не совсем честен, когда сказал, что ни разу не видел Тернгофа. Скорее, просто не хотел в этом признаваться.