Леди второго сорта

Означенная леди Изабелла Мария Аделаида Бернстоф не должна менять правила, заведенные в доме и описанные ниже, и совершать какие-либо действия, могущие расцениваться как неуважение моей воли». А дальше шел список того, что запрещено. Согласно воле тетушки выходило, что половину комнат вообще нельзя открывать, а в остальных нужно оставить все, как есть, и не менять в течение трех лет со дня смерти леди Летиции. Очень странное правило. Так, что тут еще? Вклады в банке, ценные бумаги, доходные дома в Бреголе и Эрголе.

В общем, золотая клетка. Дом есть — а менять ничего нельзя. Деньги имеются — а без опекуна мне их не получить. Еще и Моня этот... Надо бы у Давенпорта узнать, что он за птица такая.

Я снова просмотрела завещание. Да, вот тут все, черным по белому — «Флигель и прилегающая к нему территория в пять редов передаются в пожизненное владение моему родственнику Эммануилу Тернгофу.

— Петерсон!

Я повернулась к двери, за которой мялся дворецкий. Старик сделал крошечный шаг и замер на пороге.

— У нас есть флигель?

— Да, миледи.

— И где он?

— В конце сада, миледи.

Петерсон с непонятной опаской посмотрел на меня, перевел взгляд на Моню и суетливым движением одернул сюртук.

— И что, он пригоден для жилья?

— Туда давно никто не заходил, миледи, но хозяйка знала, что делала, коли отписала дом молодому господину.

Ишь ты, уже господином признал! На меня, так косится, а к этому… ржавому сразу любовью воспылал."

"— Леди Бернстоф, вы не подумайте, я ни на что не претендую, — вмешался в разговор Моня.

Моня сыпал словами, торопился, проглатывая их окончания, а я смотрела на него и пыталась сообразить, о чем он говорит.

— Сами понимаете, такой шанс! — тараторил Тернгоф, нервно жестикулируя тонкими руками. — Сразу на штатную должность. С окладом и ежегодными премиями.