Леди второго сорта

— Ну что ж, пойдем посмотрим, чем там занята наша Призрачная дама.

Я подмигнула Моне, а тот судорожно вздохнул и попытался растянуть губы в улыбке. Видно было, что ему страшно, но он изо всех сил пытался храбриться.

Мы вышли во двор, и направились к флигелю, сопровождаемые Лаки. Хитрый пес то забегал вперед, то крутился рядом, поглядывая на меня блестящими глазами, а его хвост ходил из стороны в сторону с такой скоростью, что от этого бело-рыжего мельтешения рябило в глазах.

— Лаки, уймись! — шикнула я на охранника.

Тот прижался к моей ноге и поднырнул под руку, выпрашивая ласку.

— И как вы его не боитесь? — поежился Моня.

— А чего бояться? Он же добрый.

— Ох, не знаю, — вздохнул Тернгоф. — Я вот с детства собак опасаюсь. Особенно таких больших.

Он покосился на Лаки и открыл дверь флигеля. Внутри было тихо. Пахло свежим лаком, древесными стружками и газетами. Холл выглядел чистым и обновленным.

— Остер? — позвал Моня.

В ответ не донеслось ни звука.

— Наверное, за краской ушел, — предположил кузен.

— Что-то слишком долго он ремонт делает.

Я с сомнением посмотрела на приведенный в порядок холл.

— Да нет, совсем недолго.

Моня смущенно покраснел.

— Просто у меня со средствами не очень, вот и затянулось все. Понимаете, я ведь думал, жалование получу и сразу потрачу его на флигель, а тут одно за другим навалилось — то на одежду пришлось потратиться, то налог на наследство заплатить, а тут еще простуда…

— Какая простуда?

— Да вы вот как уехали, я и заболел, — вздохнул Тернгоф.

Моня покосился на меня и неуверенно спросил:

— Леди Изабелла, как думаете, лорд Каллеман объяснил лорду Гарви, почему я не появляюсь в академии?

— Не переживайте, Эммануил, лорд Каллеман слово держит.

— Надеюсь, — со вздохом ответил Моня, и я снова почувствовала острый приступ жалости. Не кузен, а тридцать три несчастья. — Ну что? — отвлекся от своих бед Тернгоф. — Будем вызывать призрак?

Я кивнула.

— Может, вы? — с надеждой посмотрел на меня Моня.

— Это ведь ваш флигель. Значит, и призрак тоже ваш. Так что, зовите.

Нет, нельзя давать Моне садиться себе на шею.